ДИАНЕТИКА: ЭВОЛЮЦИЯ НАУКИ

ДИАНЕТИКА: ЭВОЛЮЦИЯ НАУКИ

Сообщение Timecops » 24 июл 2011, 07:50

Л. РОН ХАББАРД
ДИАНЕТИКА:
ЭВОЛЮЦИЯ НАУКИ
DIANETICS: EVOLUTION OF A SCIENCE

ОГЛАВЛЕНИЕ
Потенциал Вашего разума
Что делает жизнь
"Демоны" разума
Исходная Личность
Внешний Мир и Внутренняя Аберрация
Неправильные Представления об Ум
Аналитический Ум
Преследуя Источник Иррациональности
Главный Злодей Повествования
Развитие Техники
Применение
Надежда на Будуще

ПОТЕНЦИАЛ ВАШЕГО РАЗУМА
Оптимальная вычислительная машина - это предмет, который многие из нас изучали. Если бы Вы строили такую машину, как бы Вы ее спроектировали?
Первое, машина должна быть способна рассчитывать с безупречной точностью любую задачу во вселенной и вырабатывать ответы, которые были бы всегда и неизменно правильны.
Второе, компьютер должен реагировать быстро, работая гораздо быстрее, чем задачу и процесс решения можно ясно выразить с помощью речи.
Третье, компьютер должен справляться с большим количеством переменных и с большим количеством задач одновременно.
Четвертое, компьютер должен быть способен оценивать собственную информацию, и внутри него должны оставаться доступными не только записи его прежних выводов, но и суждения, приводящие к этим выводам.
Пятое, компьютер должен обслуживаться банком памяти почти бесконечной емкости, в котором он мог бы хранить данные наблюдений, пробные выводы, которые могли бы послужить для будущих вычислений, и данные из банка должны быть доступны для аналитической части компьютера за малейшие доли секунды.
Шестое, компьютер должен быть способен располагать прежние выводы в другом порядке или изменять их в свете нового опыта.
Седьмое, компьютер не должен нуждаться в управлении программой извне, но должен быть полностью самоопределяющимся в своем программировании, руководствуясь только ценностью-необходимостью решения, которую он сам будет определять.
Восьмое, компьютер должен сам себя обслуживать и защищать от повреждений в настоящем и в будущем, и должен быть способен примерно оценивать будущие повреждения.
Девятое, компьютер должен обслуживаться системой восприятия, посредством которой он мог бы определять ценность-необходимость. Оснащение должно включать средства для контакта со всеми желаемыми характеристиками в конечном мире. Это означает восприятие цветного видео , тонального аудио , запаха, осязательное и само-ощущение - поскольку без последнего он не мог бы обслуживать себя должным образом.
Десятое, банк памяти должен хранить восприятия так, как они восприняты, последовательно по времени получения, с наименьшими возможными интервалами времени между восприятиями. В таком случае, он должен хранить их в виде цветного видео (в движении), тонального аудио (с интонацией), запаха, осязательных и само-ощущений - которые все согласованы между собой.
Одиннадцатое, для целей решения, он должен быть способен создавать новые ситуации и воображать новые ощущения, не воспринимавшиеся до сих пор, и должен быть способен представлять себе их в терминах тонального аудио, цветного видео, запаха, осязания и самоощущения, и должен быть способен подшивать все таким образом представленное в виде памяти, помеченной как воображение.
Двенадцатое, его банки памяти не должны истощаться при их осмотре, но должны без искажений снабжать центральное воспринимающее устройство компьютера совершенными копиями всего в банке в виде цветного видео, тонального аудио, запаха, осязания и органических ощущений.
Тринадцатое, вся машина должна быть портативной.
Есть другие желательные характеристики, но тех, что перечислены выше, пока достаточно.
Это может быть чем-то изумительным, поначалу - представить себе такой компьютер. Но факт тот, что эта машина существует. Около двух миллиардов их используется сегодня, и еще много, много миллиардов было сделано и использовалось в прошлом.
Фактически, она у вас есть. Поскольку мы рассматриваем вопрос о человеческом разуме.
Сказанное выше - это обобщение оптимального мозга. Оптимальный мозг, за исключением того факта, что он не всегда способен решить любую проблему во вселенной, в основном работает именно так. Он должен иметь рикол цветного видео (в движении), тонального аудио (с интонацией), запаха, осязательной и органической памяти. И он должен иметь воображение в цветном видео (в движении), тональном аудио (с интонацией), запахе, осязании и органических ощущениях, также доступное для рикола, как и любая другая память. И он должен быть способен с точностью дифференцировать действительность и воображение. И он должен быть способен осуществить рикол любого ощущения, даже незначительного, полученного в момент сна или бодрствования, от начала жизни и до смерти. Это оптимальный мозг, это и многое, многое другое. Он должен думать с такой быстротой, что раздумье вслух будет полностью неспособно угнаться за тысячной долей его вычислений. И, измененный точкой зрения и данными образования, он должен быть всегда прав, его ответы никогда не должны быть неверными.
Это тот мозг, который у Вас есть, потенциально. Это мозг, который может быть восстановлен для Вас, если никакая его часть не была удалена. Если он не делает этих вещей, он немного разрегулирован.
Ушло много времени, чтобы прийти к информации о том, что это оптимальный мозг. В начале не было понято, что, например, некоторые люди имеют рикол цветного видео (в движении), а некоторые нет. Я не имел представления о том, что некоторые люди воображают, и знают, что они воображают, в виде тонального аудио, и так далее, и с удивлением воспринял бы информацию о том, что кто-то может чувствовать запах и вкус индюка, съеденного на день Благодарения, воскрешая его в своей памяти.
В 1935 году, когда исследования, кульминацией которых стала Дианетика (греческое dia - "посредством", и nous - "душа"), были начаты всерьез, не было такого высокого мнения о человеческом мозге. Фактически, проект был начат не для того, чтобы проследить функционирование мозга и восстановить оптимальную работу, но чтобы узнать ключ к человеческому поведению и главный закон, который свел бы воедино все знания.

ЧТО ДЕЛАЕТ ЖИЗНЬ
Моим правом войти в эту сферу был пытливый мозг, обученный математике и инженерному делу, с банком памяти, полным вопросов и обширных наблюдений.
Исходным утверждением было то, что человеческий разум - это инженерная проблема, и что все знания поддадутся инженерному подходу.
И еще одно первичное предположение было сделано:
Все ответы в своей основе просты.
На сегодняшний день наука Дианетика и ее результаты - которые так же доказуемы, как и утверждение, что вода кипит при пятнадцати фунтах на квадратный дюйм и 212°F - это инженерная наука, построенная эвристически на аксиомах. Она работает. Это единственное требование к Дианетике или химии. Они могут не быть правильными. Но они работают, и работают неизменно в конечном мире.
В начале, когда мы топтались вокруг проблемы, и когда формулировались вопросы о вселенной в целом, не было концепции оптимального мозга. Внимание было зафиксировано на нормальном мозге. Нормальный мозг считался оптимальным. Делались попытки, когда работа окончательно подошла к проблеме самого мозга, достичь результатов, сравнимых с нормальным умом. Умы стали аберрированными. Когда их восстановят, они станут нормальными.
Фактически, в начале даже не было уверенности в том, что умы можно восстановить. Все, что требовалось - это ответ на вопрос существования и причины, по которым умы становились аберрированными.
На протяжении странствий наблюдалось много странных вещей: знахари народа Голди в Манчжурии, шаманы Северного Борнео, знахари Сиу , культы в Лос-Анжелесе и современная психология . Среди людей, которым задавались вопросы о существовании, был волшебник, чьи предки служили при дворе Кублай-хана, и индус, который мог гипнотизировать котов. По верхам был пройден мистицизм, изучены сведения от мифологии до спиритуализма. Всякая всячина вроде этого, бесчисленные обрывки.
Если бы Вы создавали эту науку, с чего бы Вы начали? Можно было черпать из всевозможных культов, кредо и практик всего мира. Было столько фактов, что по сравнению с ними 1021 двоичных разрядов показались бы мелочью. Если бы Вам пришлось создавать такую науку и придумать работающее решение, что бы Вы предположили, взяли для наблюдений или вычислили?
Казалось, что везде и всюду есть лоскуток ответа. Похоже, что культы всех времен, всего мира - каждый из них содержал фрагмент истины. Как нам собрать и соединить фрагменты? Или отказаться от этой почти невозможной задачи и начать постулировать наши собственные ответы?
Что ж, это рассказ о том, как строилась Дианетика. По меньшей мере, был сделан подход к проблеме. Дианетика работает - это то, чего просит инженер, и она работает все время - это то, чего природа требует от инженера.
Во-первых, были сделаны попытки обнаружить, какая школа или система была работающей. Фрейд работал время от времени. Так же работала китайская акупунктура. Так же работали магические исцеляющие кристаллы в Австралии и чудодейственные гробницы в Южной Америке. Исцеление верой, вуду , наркосинтез - и, поймите это прямо сейчас, никакое мистическое мамбо-юмбо применять нет нужды. Инженеру нужно иметь вещи, которые он может измерить. Ниже использовано слово демон. Это оттого, что Сократ так хорошо описал его. Его использование в Дианетике, подобно тому, как у Клерка-Максвелла - это описательный жаргон. Но не хотелось никаких неумеренных предположений или мнений. Когда инженер использует только их, ломаются мосты, падают здания, останавливаются динамо и цивилизация идет к крушению.
Первичной необходимостью, чтобы прийти к движущему принципу существования, было открыть то, что человек хотел знать о существовании. Не нужно долго знаться с богами, чтобы понять, что они указывают неизменно, если и божественно, в направлении глухого тупика. Инженерное исследование мистицизма показывает, что мистицизм большей частью охватывает то, что он не может надеяться утверждать точно.
Примерно таким образом сошло со сцены первое предположение. Давайте выясним, что мы не можем принимать во внимание или что нам не нужно принимать во внимание для того, чтобы получить решение, которое мы сможем использовать. Некоторые испытания, похоже, продемонстрировали, что точная личность Недвижимого Первичного Движителя не требовалась для расчетов. Человек долгое время был убежден, что Он начал эту историю, поэтому немного выгоды дискутировать по этому поводу. Тогда давайте возьмем уровень непосредственно ниже Недвижимого Первичного Движителя.
Посмотрим, что еще попадает в категорию данных, не являющихся необходимыми для вычисления. Что ж, мы изучили телепатию, демонов, индийский трюк с веревкой и человеческую душу и нам все еще предстоит найти какие-нибудь постоянные величины в этом классе данных. Поэтому давайте ниже нарисуем линию в качестве нашего наивысшего уровня необходимой информации и назовем ее нашей наивысшей линией.
Что у нас остается? У нас есть конечный мир, синие костюмы из сержа, Долина Салинас, Реймский собор в качестве здания, несколько пришедших в упадок империй и ростбиф на обед. Мы оставили только то, что мы можем ощущать, без абстракций высшего уровня.
Теперь, как, что и посредством чего мы ощущаем? За этим последовало много времени - 1937 год - потраченного в расчетах, где мозг рассматривается как электронный калькулятор с возможной математикой его работы, плюс невозможность такой структуры, способной делать такие вещи. Давайте тогда исключим необходимость знания структуры и используем это только как аналогию, которая может стать переменной в уравнении, если понадобится.
Итак, что мы имеем? Что же, у нас небольшие трудности с демонами и с человеческой душой. Они популярны, но они отказываются выделиться и подчиниться доскональному изучению и измерению калибром, и если они не станут сотрудничать таким образом, так же поступим и мы. Таким образом, из этого уменьшения числа факторов в уравнении, необходимых для решения, следуют две вещи. Первое - существование, по-видимому, является конечным, и второе - конечные факторы сами по себе удовлетворяют нуждам проблемы.
Вероятно, мы могли бы быть здесь очень скучными и математичными, но это неважно. Хороший, работающий, эвристический принцип, работающий принцип, стоит бесконечного числа формул, основанных на авторитетах и мнениях, которые не работают.
Все, что мы можем сделать, это испробовать принцип. Нам нужен движущий принцип существования. Мы заглядываем в Спенсера и находим нечто, что читается ужасно хорошо. Это читалось хорошо, когда он брал это из индийских писаний, из того же места, откуда это взял Лукреций. Но это лишь претендует на то, чтобы быть движущим, поскольку это не рассчитывается. Нам нужен движущий принцип, а не описание.
Но что означает принцип в области такой величины? И не нуждается ли он в лучшем определении? Тогда давайте назовем его движущим общим знаменателем существования.
Приведет ли нас подобный наименьший общий знаменатель выше установленного нами наивысшего уровня и сбросит нас в штопор с полной пригоршней переменных и без ответа? Лучше бы он этого не делал. Поэтому давайте поставим еще несколько вопросов и посмотрим, проясняют ли они принцип.
Что мы можем знать? Можем ли мы знать, откуда пришла жизнь? Не сейчас. Можем ли мы знать, куда жизнь движется. Ну, это было бы интересно, но немногие из нас доживут, чтобы это увидеть. Так что же мы можем знать? Кто, когда, почему, где, что - что! Мы можем знать, что делает жизнь.
Давайте сейчас предположим, что жизнь где-то началась и куда-то движется. Знание того, откуда она пришла, могло бы решить много проблем, но кажется ненужным знать это в данное время для данной проблемы. И то, куда она движется, однажды станет известным, но, опять же, нам не нужно этого знать. Итак, теперь у нас есть нечто для уравнения, что останется постоянным. Что делает жизнь на своем пути?
Жизнь - это энергия некоторого рода. Похоже, цель подразумевает энергию. Мы рассуждаем эвристически. Не нужно никаких аргументов, поскольку все, что мы хотим - это нечто с высокой степенью работоспособности, это все, что нужно ученому. Если это не будет работать, мы придумаем что-нибудь еще, и будем постулировать и постулировать, пока что-нибудь не будет работать.
Что делает энергия? Она выживает - меняет форму, но выживает.
Что делает жизнь? Она выживает.
Хотя она, возможно, делает еще много всего, сейчас мы испытаем это. Что является тем наименьшим общим знаменателем всего существования, который мы нашли до сих пор?
Выживай!
Единственным критерием для организма является выживание.
Это можно рассчитать.
Мы можем даже приукрасить это и сказать, что было начало трака и в начале трака кто-то сказал: "Выживай!". Он не сказал почему, и Он не сказал, до каких пор. Все, что Он сказал, было: "Выживай!"
Что же, это просто и это рассчитывается. Это имеет смысл на логарифмической линейке, имеет смысл для массы различной деятельности и это кажется довольно хорошим - давайте посмотрим.
Мозг был вычислителем-руководителем, который эволюционировал по тем же принципам и по тому же плану, что и клетки, его развивали клетки и он состоит из клеток. Мозг решал проблемы, относящиеся к выживанию, задавался вопросами о выживании, действовал по своему собственному, придуманному наилучшим образом, но с личной точки зрения, плану для выживания.
Если человек опускался по направлению к невыживанию, боль погоняла его к выживанию вверх по шкале. Удовольствие манило человека к выживанию. Существовала градуированная шкала с одним концом в смерти и другим - в бессмертии.
Мозг думал на языке различий, сходства и идентичности, и все его проблемы решались по этой схеме и все эти проблемы и вся его деятельность мотивировались строго и единственно выживанием. Исходной командой, по которой работали тело и мозг, было Выживай! Вот и все; ничто не выпадало из этого.
Это было постулировано, чтобы посмотреть, работает ли это.
Это было в 1938 году после нескольких лет учебы. Аксиомы начались с выживай! Выживай! было наименьшим общим знаменателем всего существования. Они продолжались в виде аксиом о том, что человек делает и как он это делает. Изящные определения интеллекта, напористости, счастья, добра, зла и так далее выстроились в ряд. Самоубийство, смех, пьянство и безрассудство - все также выстроилось, когда это было просчитано.
Эти расчеты выдержали испытания нескольких лет. А затем, как Вы могли слышать, пришла война. Но даже войны кончаются. Исследования были продолжены, но теперь добавилась необходимость применения полученных знаний к проблемам друзей, которые не слишком хорошо выжили на войне.

"ДЕМОНЫ" РАЗУМА
Исследователь выходит на самую границу неизвестного, и путеводители иссякают. В библиотеках были тысячи и тысячи аккуратно записанных историй душевных болезней. И ни одна из них не содержала данных, существенных для их разрешения. С таким же успехом все хорошее в этих историях могло быть написано исчезающими чернилами. Кроме того, что они окончательно подтвердили, что люди проявляют странные душевные аберрации, они были бесполезными. Как Вы собираетесь создавать науку мышления, если Вам не позволено наблюдать и у Вас нет никаких данных из наблюдений?
Среди множества личных наблюдений в этой и дальних странах, первой задачей было найти постоянную величину. Я изучил гипнотизм в Азии. Я знал, что гипнотизм в большей или меньшей степени был основой. Когда бы шаманы, знахари, экзорсисты или даже современные психологи ни начинали работать, они склоняются к практикам, которые являются гипнотичными.
Но в чем польза от такой ужасной, непредсказуемой переменной, как гипнотизм? На некоторых людях он работает. На некоторых нет. На тех, на ком он работает, иногда достигаются хорошие результаты, иногда плохие. Дикий хлам, гипнотизм.
Ученому-медику, однако, не внове использовать дикие переменные. Подобные неустойчивые вещи обычно скрывают реальные, важные законы. Гипнотизм был чем-то вроде постоянной связующей нити через все культы - или гипнотические практики - но, возможно, человек мог бы по меньшей мере взглянуть на него.
Итак, гипнотизм был изучен. Дикий радикал. Причина, по которой он был диким, могла бы стать хорошим ответом. Первое исследование этого было вполне коротким. Ему не нужно было быть длиннее.
Рассмотрим постгипнотическое внушение. Пациент в амнезийном трансе. Скажите ему, что когда он проснется, он снимет свой левый ботинок и поставит его на каминную полку. Затем скажите ему, что он забудет то, что ему сказали, и разбудите его. Он просыпается, некоторое время щурится и затем выставляет вперед ногу и снимает свой ботинок. Спросите его, почему? "Моей ноге жарко." Он ставит ботинок на каминную полку. Почему? "Я терпеть не могу одевать влажные ботинки. Здесь теплее, и он высохнет." Запомните его, этот эксперимент. Причина, по которой он был так важен, не появлялась на глаза в течение девяти лет. Но было понято то, что различными внушениями можно создать проявления различных неврозов, психозов, компульсий, репрессий, перечисленных психиатром. Исследование быстро остановилось. Все еще было слишком мало ответов. Но было ясно, что гипнотизм и безумие были в некотором роде идентичны. Начались поиски причины, почему.
Долгое время и со многими, многими людьми делались попытки найти ключ к загадке. Что вызывал гипнотизм? Что он делал? Почему он действовал непредсказуемо?
Был исследован гипноанализ. Это хорошо звучит на бумаге, но это не работает. Он не работает по нескольким причинам, первая из них - это то, что Вы не можете загипнотизировать каждого. Затем, он работает лишь время от времени, даже когда человек может быть загипнотизирован. Поэтому гипноанализ был похоронен вместе с водолечением Бедлама , префронтальной лоботомией и техниками изгнания демонов шаманов Британской Гайаны, и продолжались поиски ключа, который мог бы восстановить ум до нормы.
Но гипнотизм не оставался совсем мертвым. Наркосинтез казался хорошим примером, пока не было обнаружено несколько случаев, которые были "вылечены" наркосинтезом. Их снова проработали с помощью этой техники, чтобы выяснить, что случилось. Похоже, наркосинтез иногда приводил человека в порядок таким образом, что его окопная болезнь могла когда-нибудь в будущем проявиться с еще большей силой. Нет, это не совсем справедливо. Он приносил результаты немногим выше, чем магический исцеляющий кристалл австралийского знахаря. Похоже, он делал что-то еще кроме того, что от него ожидалось, и это что-то еще было плохим. Это была еще одна дикая переменная - кусочек головоломки, причины безумия. Мы знали, что человек делает. Он выживает. Как-то, каким-то образом, он время от времени становился иррациональным. Как в это вписывался гипнотизм? Почему наркотический гипнотизм временами действовал на людей так неблагоприятно?
Эти люди, с которыми доводилось встречаться и работать, похоже, каким-то образом были пойманы в ловушку чем-то, чего современные методы почти никогда не касались. И почему целые нации поднимаются, чтобы вырезать другие нации? И почему религиозные фанатики несут свой стяг и полумесяц на трех четвертях Европы? Люди ведут себя так, как будто они были прокляты чем-то. Были они злы по своей сути? Было ли общественное воспитание тонким лоском? Было ли проклятие зла естественным наследством животного царства зубов и когтей? Был ли мозг когда-либо способен на рациональность? Гипнотизм и наркосинтез, непредсказуемые радикалы, поначалу отказывались открыть решение.
Сбившись с пути и не имея инструментов для работы, было необходимо вернуться, среди прочего, к техникам Кайанских шаманов Борнео. Их теория незрела; они изгоняют демонов. Хорошо. Мы предположили, что человек зол, что зло естественно. Тогда мы должны быть способны увеличить налет цивилизованности, насаждая в него больше цивилизации, используя гипнотизм. Так пациенту обычно становится хуже. Этот постулат не работает. Давайте на время испробуем постулат, что человек хорош, и последуем за его выводами. И мы предположим, что нечто вроде Тоха, как у шамана с Борнео, вошло в него и приказывает ему делать зло.
Человек дольше верил в то, что демоны поселяются в людях, чем он верил в то, что они этого не делают. Мы допускаем, что демоны есть. Мы ищем каких-нибудь демонов, так или иначе. И мы нашли нескольких!
Это было открытием почти таким же безумным, как некоторые из пациентов. Но что следовало сделать, это попробовать измерить и классифицировать демонов.
Странная работа для инженера и математика! Но обнаружилось, что "демонов" можно классифицировать. В каждом пациенте было несколько "демонов", но существовало лишь несколько классов "демонов". Были аудио-демоны, инфразвуковые демоны, видео-демоны, внутренние демоны, внешние демоны, приказывающие демоны, руководящие демоны, критикующие демоны, апатичные демоны, злые демоны, скучающие демоны, и демоны-закупорщики, которые просто скрывали вещи. Последние казались наиболее распространенными. При заглядывании в несколько умов было вскоре установлено, что трудно найти кого-либо, кто не имел бы некоторых из этих демонов.
Было необходимо сформулировать свойства оптимального мозга. Это был бы постулат о мозге, подверженный изменению. Этот ум был бы комбинацией лучших качеств всех изученных умов. Он был бы способен мысленно представлять в цвете и слышать со всеми тонами и звуками все воспоминания, необходимые для мышления. Он бы думал, не разговаривая с самим собой, думал скорее концепциями и выводами, чем словами. Он был бы способен зрительно воображать в цвете все, что он даст себе труд вообразить, и слышать все, о чем он даст себе труд вообразить, что он это слышит. В конце концов было обнаружено, что он мог также воображать запахи и осязательные ощущения, но это не входило в исходный вариант. Наконец, он знал бы, когда он осуществляет рикол и когда он воображает.
Затем для целей аналогии было необходимо вернуться к идее электронного компьютера, придуманной в 1938 году. Были набросаны контуры для видео и аудио рикола, для рикола цвета и тональности, для создания видео и аудио воображения, создания цветов и тональностей. Затем были нарисованы контуры банка памяти. Теперь все это было довольно просто, поскольку в тридцатые годы над этим была проделана обширная работа.
При помощи этой схемы были установлены дополнительные контуры. Оптимальный мозг был простым контуром. К нему были добавлены "демонские" контуры. Обнаружилось, что с помощью самой ординарной электроники можно было вставить любого из наблюдавшихся "демонов".
"Демоны", поскольку ни один из них не дал согласия предстать для надлежащего изучения в качестве демона, вставлялись, как был сделан вывод, в мозг тем же образом, каким можно было вставить новую цепь в оптимальный мозг. Но поскольку мозга оставалось столько же, было очевидно, что эти электронные демоны использовали часть оптимального мозга и что они были не более компетентными, чем это было присуще оптимальному мозгу. Это были дополнительное постулирование. Все, чего нам хотелось, это хорошего результата. Если бы это не работало, было бы испробовано что-нибудь еще.
Так мы приступили к разрешению проблемы. В то время, как человеческий мозг - это чуточку слишком чудесный инструмент, чтобы ставить его в один ряд с такой неуклюжей вещью, как сегодняшняя электроника, изумительной, насколько изумительна современная электроника, аналогия остается. Она остается как аналогия. Наука будет единым целым и без этой аналогии. Но она работает на этом месте.
Демонов нет. Нет привидений, упырей или Тохов. Но есть аберрирующие контуры. Таково было заключение. Это было постулатом. И затем это стало чем-то большим.

ИСХОДНАЯ ЛИЧНОСТЬ
Как-то раз один пациент заснул. Когда его разбудили, обнаружилось, что он является "кем-то еще". В качестве этого "кого-то еще" его тщательно расспросили. Этот пациент, в качестве "самого себя", имел блок памяти соника, блок аудио-памяти и был дальтоником. Обыкновенно он был очень нервным. Сейчас, пробудившись к жизни "кем-то еще", он был спокоен. Он говорил голосом более низкого тона. Здесь, очевидно, мы были лицом к лицу с одним из тех электронных просчетов, которых знатоки называют шизофрениками. Но это не так. Это была исходная личность самого пациента, обладающая оптимальным мозгом!
Очень быстро было установлено, что у него был рикол цветного видео по отношению ко всему, рикол тонального аудио, воображение в цветном видео и тональном аудио и полное согласованное управление. Он знал, когда он фантазирует и когда он осуществляет рикол, и это, также, было нечто, что он не был способен делать раньше.
Он хотел что-то знать. Он хотел знать, когда оператор собирается помочь ему привести себя в порядок. У него было много дел. Он хотел помочь своей жене, чтобы ей не приходилось поддерживать семью. Как непохоже на этого пациента часом раньше!
Он любезно произвел несколько мысленных вычислений с точностью и ясностью, и затем ему позволили лечь и заснуть. Он проснулся, не помня ничего из того, что произошло. У него были его старые симптомы. Ничто не могло поколебать эти электронные блоки. Он даже не знал, обедал ли он, не знал цвета моего галстука, а что касается своей жены, считал ее женщиной, достойной осуждения.
Это было первым введением в исходную личность. До окончательного знакомства было далеко. Обнаружилось, что у многих людей можно вступить в контакт с работающим оптимальным мозгом.
И исходные личности, вступившие в контакт, были неизменно сильными, стойкими и конструктивными! В нормальном состоянии у пациентов были те же самые личности минус определенная часть мощности разума, плюс электронные демоны и плюс общее отсутствие счастья. Я обнаружил, что "закоренелый преступник" с очевидными "преступными наклонностями" в своей исходной личности был искренним, разумным человеком, с честолюбием и способностью сотрудничать.
Это было невероятно. Если это был исходный мозг, тогда исходный мозг был хорош. Тогда человек был изначально хорош. Социальная природа была неотъемлемой! Если это был исходный мозг...
Так и было. Это "Клир". Но мы забегаем вперед рассказа.
Будучи аберрированными, люди были единообразно ничтожны. У самой ничтожной пациентки была аберрация, заставлявшая ее быть "счастливой", и самый нервный аберрированный, какого когда-либо можно было встретить, имел господствующую аберрацию о том, что он всегда "спокоен". Она говорила, что она счастлива, и старалась заставить себя саму и всех поверить в это. Он говорил, что он спокоен. Он мгновенно взрывался в нервном припадке, если Вы говорили ему, что он неспокоен.
Осторожно и постепенно был сделан вывод, что оптимальный мозг - это неаберрированный мозг, что оптимальный мозг также является исходной личностью, что исходная личность, при отсутствии органических расстройств, была хорошей. Если человек был изначально хорош, тогда только "черное колдовство" могло сделать его злым.
Что было источником этого колдовства?
Следовало ли нам принять суеверия и демонов, как реальность, и предположить, что источником было нечто сверхъестественное и чудесное, вроде эктоплазмы? Или распроститься со многими современными верованиями и стать немного научнее?

ВНЕШНИЙ МИР И ВНУТРЕННЯЯ АБЕРРАЦИЯ
Тогда источником должен быть внешний мир. Исходная личность, так стремящаяся быть сильной, вероятно, не стала бы аберрированной без какого-нибудь очень мощного, работающего внутри личного дьявола. Но, выбросив на свалку дьяволов и "тех, кто ухает по ночам", что мы имели в остатке? Внешний мир и только внешний мир.
Неплохо; снова посмотрим, работает ли это. Каким-то образом внешний мир попадает внутрь. В человека вселяются какие-то незнакомцы, которые устанавливают контуры без его согласия, человек становится аберрированным и меньше способен выживать.
Следующим поиском был поиск неизвестного фактора. След выглядел довольно ясным, до сих пор, но идея была в том, чтобы сформулировать науку о мышлении. А наука, по меньшей мере для инженера, это нечто довольно точное. Она должна строиться на аксиомах, у которых если и есть исключения, то очень мало. Она должна единообразно и каждый раз выдавать предсказуемые результаты.
Возможно, инженерные науки в таком положении из-за того, что инженеру противятся естественные препятствия, и вещество имеет довольно неудобную манеру не позволять пренебрегать собой оттого, что кто-то имеет мнение. Если инженер составляет мнение, что поезда могут двигаться в разреженном воздухе, и пренебрегает постройкой моста через реку, гравитация берется перевезти какой-нибудь поезд и сбрасывает его в какую-нибудь реку.
Поэтому, если нам нужна наука о мышлении, необходимо иметь работающие аксиомы, которые, примененные вместе с техниками, будут давать единообразные результаты неизменно и во всех случаях.
Объемная классификация проблем уже была проделана, как описано раньше или в процессе работы. Она была необходима, чтобы исследовать саму проблему - человека во вселенной.
Во-первых, мы отделили то, о чем мы могли бы подумать и должны были подумать для целей нашего решения, от того, над чем нам не нужно было задумываться. Потом, нам приходилось думать обо всех людях. Затем о нескольких людях. Наконец об отдельном человеке и в конце концов о части аберрирующей структуры отдельного человека.
Как внешний мир превратился во внутреннюю аберрацию?
Было много ложных стартов и тупиковых ходов, так же, как при определении качеств оптимального мозга. Все еще было так много переменных и возможных ошибочных комбинаций в расчетах, что это было похоже на что-то из Канта. Но споры не приносят результатов. Ничто не заменит моста, достаточно крепкого, чтобы выдержать поезд.
Я испробовал, поскольку был ничтожный шанс, что они правы, несколько школ психологии - Юнга, Адлера. Даже Фрейда. Но не слишком серьезно, поскольку больше половины имевшихся пациентов получали обширные курсы психоанализа у экспертов без особых результатов. Были пересмотрены работы Павлова, на случай, что там что-нибудь есть. Но люди не собаки. Оглядываясь сейчас на работу этих людей, можно видеть, что многое из того, что они делали, имеет смысл. Но если читать и использовать их работы, когда вы не знаете, они не имеют смысла, из чего можно сделать вывод, что зеркала заднего обзора шириной в шесть футов говорят человеку больше, чем он видел, глядя вперед в глазок, когда приближался к объекту.
Затем возникла другая из множества доктрин, которые было необходимо создать, чтобы разрешить эту работу. Выбор важных данных. Человек смотрит на море фактов. Каждая капля в этом море похожа на любую другую. Некоторые капли имеют огромное значение. Как их найти? Как сказать, когда они важны? Искусство предшественников в сфере разума во многом - а что касалось меня, то целиком - похоже на это. Десять тысяч фактов, у всех и каждого своя кажущаяся ценность. Теперь безошибочно выберите правильный. Да, когда вы нашли, какими-то другими средствами, правильный факт, очень просто посмотреть на факты, выбрать верный и сказать: "Видите? Он всегда был здесь. Старый Уузис знал, что делает." Но попробуйте сделать так, пока вы не знаете! Наверняка старый Уузис не знал, или он навесил на этот факт красный ярлык и выбросил остальные. Итак, с помощью новой доктрины выбора важных данных были выброшены за борт все данные, не испытанные или не полученные лично. Неполные наблюдения и небрежная работа предшественников в этом деле так часто приводили меня в тупик, что пришло время решить, что гораздо, гораздо легче построить предпосылку целиком, чем искать иголку в стоге сена. В тот момент положение дел было довольно отчаянным. Ничто не работало. Я обнаружил, что неосознанно впитал много предшествующих ошибок, которые задерживали проект. Было буквально сотни подобных "Ну, каждый знает, что _____", которые были основаны на экспериментах и наблюдении не больше, чем предсказания римских авгуров.
Так был сделан вывод, что внешний мир попадает внутрь посредством некого процесса, целиком неизвестного и не попадавшего под подозрение. У нас есть память. Как много мы знаем о памяти? Сколько может быть видов памяти? На скольких банках работает нервная система? Проблема не в том, где они. Это не имеет отношения к проблеме. Проблема в том, что они из себя представляют.
Я набросал несколько прихотливых схем, выбросил их и нарисовал несколько новых. Я рисовал генетический банк, банк мимики, социальный банк, научный банк. Но все это было неверно. Они не могли располагаться в подобном мозге.
Затем пришла ужасная мысль. У нас была доктрина выбора важных данных. Но была другая, более ранняя доктрина - доктрина введения произвольной величины. Введите произвольную величину, и если это всего лишь произвольная величина, весь расчет терпит неудачу. Что я делал такого, что ввело произвольную величину? Оставалось ли по-прежнему в расчетах еще одно "Ну, каждый знает, что _____" ?
Трудно заставить свои мозги вышвырнуть вещи, которые были приняты без вопросов с самого раннего детства - трудно подозревать их. Еще одно море фактов, и это в банке памяти компьютера, пытающегося эти вещи найти.
Произвольная величина была. Кто ее ввел, я не знаю, возможно, кто-то вроде третьего шамана, практиковавшего среди третьего поколения людей, начавших говорить.
Ум и тело.
Прелестная маленькая ловушка. Взгляните на нее хорошенько. Ум и тело. Это одна из тех вещей, которые похожи на привидение. Кто-то говорит, что видел его. Они не могут вспомнить, кто это был, но они уверены....
Кто сказал, что они разделены? Где свидетельства этого? Поднимите обе руки все те, кто измерял ум в отсутствие тела. О, да, конечно. В книгах. Я говорю с вами, но меня сейчас нет рядом с вами в комнате. Итак, ум естественно отделен от тела. Только это не так. Человеческое тело может оставлять отпечатки ног. Это продукты тела. Продукты ума также можно видеть, когда тела нет рядом, но это продукты, а продукт предмета - это не сам предмет.
Может существовать ум без тела, но мы не должны путать продукты ума с самим умом.
Поэтому давайте рассматривать эти продукты ума и тело как одно целое. Тогда тело помнит. Оно может согласовывать свою деятельность в механизме, называемом мозгом, но факт тот, что мозг - тоже часть нервной системы, и что нервная система простирается по всему телу. Если вы не верите, ущипните себя. Затем подождите десять минут и вернитесь в тот момент, когда вы себя ущипнули. Время движется назад. Представьте, что Вы там целиком. Вы почувствуете этот щипок; это память.
Хорошо. Если тело помнит, и если ум и тело не обязательно два отдельных предмета, тогда какие воспоминания будут самыми сильными? Как, конечно, воспоминания, в которых есть боль. А затем какие воспоминания будут самыми сильными? Те, в которых наибольшая физическая боль. Но они не воскрешаются в памяти!
Возможно, это неверный постулат, возможно, люди состоят не из одной части, а из пятидесяти, но давайте испробуем его.
Итак, я ущипнул нескольких пациентов и заставил их представить, что они возвратились в момент щипка. И они снова почувствовали боль. А один молодой человек, который сильно заботился о науке и не так сильно о собственном физическом состоянии, добровольно вызвался на славный, тяжелый нокаут.
И я возвратил его, и он осуществил его рикол.
Тогда возникла идея, что, возможно, люди помнят свои операции. Таким образом была изобретена техника, и следующее, что я узнал, это то, что у меня была память о зубной операции с оксидом азота, широко раскрытая и полная боли при риколе.

НЕПРАВИЛЬНЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ОБ УМЕ
Множество экспериментов и наблюдений открыли тот факт, что не существует моментов "бессознательности". Это было еще одно неправильное представление, задерживающее прогресс человека.
Бессознательность. Однажды это слово либо исчезнет, либо будет иметь новое значение, поскольку в данный момент оно реально ничего не означает.
Бессознательный ум - это ум, который всегда в сознании. Поэтому "бессознательного ума" нет. Также нет и "бессознательности". Это делает современную психологию похожей на Тараву после высадки моряков; поскольку это также легко доказать, как утверждение о том, что если держать яблоко в трех футах над землей и отпустить, то оно упадет, при нормальных условиях.
Тогда было необходимо перерисовать все схемы контуров и ввести кое-какую терминологию, которая не была бы столь неправильной, как бессознательность и бессознательный ум.
Для удобства, ввиду того факта, что у меня раньше были трудности из-за использования слов с общепринятыми значениями, я сделал из некоторых прилагательных существительные, смешал несколько слогов и постарался отойти как можно дальше от центра заразы: авторитетов. Используя старые термины, человек вклинивает в общении необходимость объяснять старые значения перед тем, как объяснять новые. Вся цепочка размышлений может полностью застопориться в попытках объяснить, что слово, ранее означавшее ______, теперь означает ______. Обычно, при общении, человеку не позволяют сделать больше, чем попытаться объяснить, что он не имеет ввиду ______.
Сейчас нет причин вдаваться здесь в эволюцию терминов Дианетики. Цикл эволюции еще не закончен. По той же причине я не помещаю здесь термины, придуманные позднее. Они еще не stet . Но их определения - это не увертки. Порядок определения так же ясен, как то, что яблоки - это яблоки.
Важно то, что мы определяем. Было несколько эвристических принципов, на которых была основана первоначальная работа и которые были "поняты". Одна из них - это то, что человеческий мозг способен решить некоторые из загадок существования. На этой ступени эволюции Дианетики, когда "бессознательность" выкурили из разряда информации "Как, каждый знает, что _____" и наклеили на нее верный ярлык - ошибка - было необходимо просмотреть некоторые из "понимаемых" постулатов 1938 года. И одним из постулатов типа "каждый знает" было то, что человеческий мозг неспособен понять работу человеческого мозга.
Также "каждый знал, что" человеческий мозг склонен ошибаться, что он глуп и очень легко аберрируется такими мелкими вещами, как то, что поскольку папа любил маму, то Джимми тоже хотел любить маму.
Также "каждый знал, что" работа человеческого мозга чудовищно сложна; это подразумевало, что полное, точное решение проблемы невозможно. Что, по существу, человеческий мозг - это механизм Руби Голдберга, сооруженный из чудовищно неустойчивой, искусно сбалансированной кучи кусочков эмоций и опыта различной формы, которая в любой момент готова обрушиться.
С инженерной точки зрения это выглядит немного странно. Два миллиарда лет эволюции, миллиард последовательных испытательных моделей стремились бы произвести вполне обтекаемый, функциональный механизм. Имея такой опыт, животная жизнь, скорее всего, произвела бы действительно функциональный механизм - а устройства Руби Голдберга забавны, потому что они так безумно нефункциональны. Как-то не представляется возможным, что два миллиарда лет развития путем проб и ошибок могли принести в конце концов такой неуклюжий, сложный, плохо сбалансированный механизм для выживания - и эта кое-как сработанная вещица является абсолютным хозяином всей остальной животной жизни.
Некоторые из этих "каждый знает, что _____" нуждаются в проверке - и в проверке вне наших расчетов.
Во-первых, каждый знает, что "человеку свойственно ошибаться". И во-вторых, каждый знает, что мы - пешки в волосатой лапе неизвестного людоеда, который всегда останется неизвестен.
Только для меня это не звучало как инженерное искусство. Я слышал барабаны вуду в Кап-Аитьене и звуки бычьего рога в храмах ламы на Западных Холмах. Люди, которые били в эти барабаны и дули в эти рога, были подвержены болезням, истощению и ужасу. Похоже, что у нас здесь работала пропорция. Чем ближе цивилизация, или человек, были к тому, чтобы признать способность человеческого разума вычислять - тем ближе они были к утверждению о том, что естественные препятствия и хаос поддаются методичному разрешению - тем больше он, или они, добивались успеха в бизнесе жизни. И снова мы возвращаемся здесь к нашему первоначальному постулату - Выживай! Теперь эти расчеты будут оправданы, только если он работает.
Но он не был неоправданным заключением. Теперь у меня был опыт работы с исходной личностью. Исходная личность могла вычислять, как хорошо смазанный Univac. Она была конструктивна. Она была рациональна. Она мыслила здраво.
Так мы начали следующий семимильный шаг в этой эволюции. Что такое здравомыслие? Это рациональность. Человек был здравомыслящ в той степени, насколько он мог рассчитывать точно, будучи ограниченным лишь информацией и точкой зрения.

АНАЛИТИЧЕСКИЙ УМ
Каким был оптимальный мозг?
Это был полностью рациональный мозг. Что он должен был иметь, чтобы быть полностью рациональным? Что должен иметь любой электронный компьютер? Все данные должны быть доступны для обследования. Все данные, которые он содержит, должны быть получены из его собственных расчетов, или он должен быть способен рассчитывать и проверять данные, которыми его снабжают. Возьмите любой электронный калькулятор ... нет, впрочем, не стоит. Они не настолько проворны, чтобы быть на одном уровне с умом, поскольку это величины разных порядков. Хорошо, давайте возьмем сам ум, оптимальный ум. Сравните его с ним самим. Когда человек стал ощущающим? Для проблемы или для этих результатов не требуется обязательно знать, когда или где человек начал думать, но давайте сравним его с подобными ему млекопитающими. Что у него есть такого, чего нет у других млекопитающих? Что он может делать такого, чего они не могут? Что у него есть такого, что есть и у них?
Все, что нужно - это правильный вопрос. Что у него есть такого, что есть и у них? У него есть что-то - и у него есть нечто большее, чем есть у них. Порядок тот же? Более или менее.
Вы еще никогда не встречали собаку, которая могла бы водить машину, или крысу, которая знала бы арифметику. Но есть люди, которые не могут водить машину, и люди, которые справляются с арифметикой не лучше крысы. Чем подобные люди отличались от среднего уровня?
Казалось, что у среднего человека был компьютер, который был не только лучше, он был бесконечно более высокопробным, чем мозг любого животного. Когда с этим компьютером что-то случалось, человек уже был не человеком, а собакой или крысой, если проводить сравнение по мощи ума.
Компьютер человека должен быть довольно хорошим. Ему следовало бы быть таким, после всех этих миллионов лет эволюции - фактически за это время человек должен был бы развить совершенный компьютер, такой, который не давал бы неверных ответов, поскольку не мог бы сделать ошибку. Мы уже разработали электронные вычислительные машины, спроектированные так, с такими встроенными контурами самопроверки, что они не могут, по самой своей природе, выдать неверный ответ. Эти машины останавливаются и вызывают оператора, если что-то работает неверно так, что компьютер начинает вырабатывать неверный ответ. Мы знаем, как сделать машину, которая будет делать не только это, но установит контуры так, чтобы найти ошибку и исправить ошибочный контур. Если люди уже рассчитали способы сделать это с машиной ...
Я давным-давно отказался от мысли, что можно выполнить эту работу, анализируя нейрон. Глухо, они не разговаривают. Теперь мне пришлось отказаться от мысли, что можно хотя бы сделать предположение о структурном механизме мозга на этой стадии. Но работая на эвристической основе того, что работает, не требуется знать, как это делается в терминах физического механизма, если мы можем показать, что это делается. Было удобно использовать электронные контуры как аналоги и аналогию электронного мозга, потому что я знал термины этих вещей. Мозг может работать или не работать на электрических токах; те вещи, которые можно измерить в нем и вокруг него вольтметром, представляют интерес. Но сегодня само электричество измеряется косвенно. Температура измеряется с помощью коэффициента расширения, которое вызывает температура. Энцефалографы полезны при работе с мозгом, но это не значит, что мозг также неуклюж и груб, как вакуумноламповый аппарат. Это было необходимой ступенью, поскольку, раз нужно было решить проблему, приходилось предположить, что мозг можно залатать, причем методом, однозначно исключающим хирургию.
Итак, вот, похоже, то, с чем я работал: вычислительная машина, которая могла работать на данных, хранимых в банках памяти, и была спроектирована так, что самим контурам компьютера была присуща неспособность вычислять неправильно. Компьютер был оснащен ощущающими приспособлениями - органами чувств - которые позволяли ему сравнивать свои выводы с внешним миром, и таким образом использовать данные внешнего мира как часть проверочных контуров обратной связи. Если полученные ответы не совпадали с наблюдаемым внешним миром, в то время как вычислительным контурам была присуща неспособность производить неверные вычисления, то сами данные, использованные в задаче, были неправильными. Таким образом, совершенный, безошибочный компьютер может использовать данные внешнего мира, чтобы проверить обоснованность и оценить свои собственные вводимые данные. Это будет возможным, только если вычислительному механизму присуща устойчивость против ошибок. Но люди уже рассчитали механически простые способы сделать устойчивый против ошибок компьютер - и если человек способен это рассчитать на данном шаге игры, два миллиарда лет эволюции могли и сделали бы это.
Как работает ум? Ну, для решения задачи нам не нужно было знать это. Др. Шеннон заметил, что он испробовал все способы, пришедшие ему в голову, чтобы вычислить количество материала в банке памяти мозга, и был вынужден прийти к заключению, что мозг не мог сохранить больше, чем объем наблюдений за три месяца, если бы он записывал все. А исследования Дианетики показывают, что все записывается и сохраняется. Говорят, что др. МакКаллок из университета Иллинойса, постулируя в 1949 году электронный мозг, произвел некоторые вычисления с результатом, что если бы сконструировать человеческий мозг стоило миллион долларов, то его вакуумные лампы должны были бы стоить около 0,1 цента каждая, он бы потреблял мощность, достаточную для освещения Нью-Йорка, и требовал бы для охлаждения Ниагарский водопад. Мы передаем вопросы структуры этим компетентным джентльменам. На сегодняшний день Дианетика не нарушила ничего из того, что было действительно известно о структуре. На самом деле, путем старательного применения принципов Дианетики, может быть, можно найти лучший подход к вопросу структуры. Но мы одним махом выбросили это из головы. Мы имеем дело с функционированием и способностью, и с регулировкой функционирования, чтобы в итоге достичь наилучшей работы. И мы имеем дело с совершенным по своей природе калькулятором.
Мы имеем дело с калькулятором, который полностью работает по принципу, что он должен быть прав, и если он неправ, то должен выяснить, почему. Его законом чести может быть: "И я торжественно клянусь быть правым сейчас и всегда, быть только правым, и никогда, ни при каких обстоятельствах не быть неправым"
Ну, это то, что Вы ожидали бы от органа, посвятившего себя расчетам по такому вопросу жизни и смерти, как выживание. Если бы Вы или я конструировали калькулятор, мы бы сделали такой, который всегда выдавал бы правильные ответы. Теперь, если бы калькулятор, который мы сконструировали, сам был бы личностью, он бы также настаивал бы на том, что это правильно.
После наблюдения этого компьютера в его оптимальном состоянии, в виде исходной личности, заключение было очень далеко от простого постулата. Итак, мы называем этот компьютер аналитическим умом. Мы могли бы еще подразделить все это и сделать более сложным, сказав, что наряду с компьютером есть "Я", но это ведет нас в другом направлении. Поэтому "аналитический ум" или "аналайзер" - это компьютер и "Я" для наших целей. Все, что мы хотим, это хорошее, работающее решение.
Следующее, что мы должны рассмотреть, это то, что явно делает человека ощущающим существом, и это рассмотрение приводит нас к выводу, что обладание аналайзером поднимает человека высоко над родственными ему млекопитающими. Поскольку пока человек рационален, он превосходит их. Когда его рациональность уменьшается, то же происходит и с состоянием его существования. Поэтому можно предположить, что именно аналайзер помещает глубокое ущелье между собакой и человеком.
Изучение животных долгое время было популярно среди физиологов-экспериментаторов, но нельзя их переоценивать. Работы Павлова были интересны: они доказали, что собаки останутся собаками. Сейчас в свете новых наблюдений и заключений они доказали больше, чем знал Павлов. Они доказали, что люди - это не собаки. Ответ должен быть где-то здесь. Посмотрим. Я обучил много собак. Также я обучил и много детей. Когда-то у меня была теория, что если вы обучаете ребенка так же терпеливо, как вы обучаете собаку, у вас будет послушный ребенок. Не работало. Хм-м-м. Правильно. Это не работало. Чем спокойнее и терпеливее человек старается сделать из ребенка хорошо обученную собаку - "Иди сюда", и он убежал - хм-м-м. Должна быть какая-нибудь разница между детьми и собаками. Хорошо, что у собак есть такого, чего нет у детей? В области ума, вероятно, ничего. Что есть такого у детей, чего нет у собак? Хороший аналитический ум!
Давайте тогда понаблюдаем поближе этот человеческий аналитический ум. У него должна быть характеристика, непохожая на умы животных - умы низших отрядов млекопитающих. Мы предполагаем, что эта характеристика должна иметь высокую ценность для выживания, она, очевидно, настолько выдающаяся, и широко распространенная, и аналайзер - хм-м-м.
Аналайзер должен иметь некое качество, которое делает его мыслительным аппаратом, слегка отличающимся от тех, которые мы наблюдаем у собак и крыс. Не просто чувствительность и сложность. Должно быть что-то лучше и новее. Другой принцип? Ну, вряд ли целый принцип, но ...
Чем рациональнее ум, тем более здравомыслящ человек. Чем менее рационален ум, тем ближе человек приближается в поведении к своим братьям из семейства млекопитающих. Что делает ум иррациональным?


ПРЕСЛЕДУЯ ИСТОЧНИК ИРРАЦИОНАЛЬНОСТИ
Я устроил ряд экспериментов, используя исходные личности, с которыми я мог вступить в контакт выше или ниже уровня аберрированных личностей, и этим подтвердил разумность и оптимальное функционирование исходного компьютера. Некоторые из этих пациентов были довольно аберрированными, пока они не оказались в гипнотическом амнезийном трансе, где их можно было освободить от контроля оператора. Аберрация отсутствовала. Заики не заикались. Проститутки были добродетельны. Арифметика давалась легко. Рикол цветного видео, тонального аудио. Воображение цветного видео, тонального аудио. Понимание, что является фантазией и что нет. "Демоны" где-то припарковались. Говоря более точно в техническом и научном смысле, контуры и фильтры, вызывающие аберрацию, были обойдены.
Теперь давайте предположим, что аберрационные контуры были как-то вставлены из внешнего мира - мы неплохо обсудили эту тему, довольно твердая почва.
И вот ответ. Вставленные обходные контуры и фильтры становились аберрациями каким-то способом, который мы еще не поняли. А какой новый вид это придавало аналайзеру?
Дальнейшие исследования указывали на то, что ответ может содержаться в термине определение. Тщательная проверка этих вычислений подтвердила наблюдения. Ничто не было нарушено. Это работало?
Давайте постулировать этот совершенный компьютер. Он несет ответственность. Ему приходится быть ответственным. Он работает правильно. Ему приходится работать правильно. Что может заставить его работать неправильно? Внешнее определение, превосходящее его способность отвергать. Если бы он не мог отбросить ложное данное, ему бы пришлось вычислять вместе с ним. Тогда, и только тогда, совершенный компьютер стал бы получать неверные ответы. Совершенный компьютер должен был бы быть самоопределяющимся в пределах необходимых усилий для решения задачи. Нет самоопределения - плохие вычисления.
Машина должна была быть в большой степени самоопределяющейся, или она бы не работала. Таков был вывод. Хороший или плохой, вел ли он к дальнейшим результатам?
Да, вел.
Когда внешнее определение входило в человеческое существо так, что перевешивало самоопределение, правильность его решений быстро ослабевала.
Возьмем любую обычную счетную машинку. Мы закладываем в нее приказ, что все ее решения должны содержать цифру 7. Мы удерживаем семерку и задаем калькулятору задачу 6 х 1. Ответ неверен. Но мы продолжаем удерживать семерку. Практически, эта машина безумна. Почему? Потому что она не будет вычислять точно, пока семерка нажата. Теперь мы отпустим семерку, зададим машине очень большую задачу и получим правильный ответ. Теперь машина здорова - рациональна. Она дает правильные ответы. В электронном калькуляторе мы закорачиваем семерку так, что она всегда включена, какие бы клавиши вы не давили. Затем мы отдаем машинку кладовщику. Он пробует использовать ее и выбрасывает в кучу старья, потому что она не дает правильных ответов, а он ничего не знает об отыскании электронных неисправностей и его это не волнует. Он только хочет получить правильный итог.
Если мы признаем расчеты аналитического ума, и признаем их лишь пока это работает, то где же он получает нажатую семерку - навязанное неверное данное?
Вообще, компьютер не обязательно является своим банком памяти. В стандартном компьютере электронного типа банки памяти можно добавлять и отсоединять. Где нам искать ошибку? Она в банке памяти?
Поиск того, что же держало семерку нажатой, потребовал совсем немного работы, предположений и догадок. Нужно было еще поработать над компьютером - аналитическим умом. А затем пришла мысль, которая показалась блестящей. Допустим, мы сконструировали компьютер в виде демона. Демона, который всегда и неизменно прав. Давайте установим его в мозг так, чтобы компьютер мог выдаваться за пределы тела и давать телу команды. Пусть компьютер будет цепью, независимой от человека. Что же, от гипнотизма есть кое-какая польза. Иногда это хороший инструмент для исследований, даже если это главный злодей в аберрации.
В тот момент, когда это было сделано, произошли две вещи. Компьютер мог руководить телом в качестве "внешней сущности" и по своему желанию черпать что угодно из банков памяти. Семерка больше не была нажата.
Конечно, это было неординарное испытание, которое можно было устроить только с отменно гипнотичным пациентом. И это можно было установить только на некоторое время.
Этот искусственный демон знал все. Пациент мог слышать его, когда бодрствовал. Демон был наделен безупречным риколом. Он замечательно руководил пациентом. Он делал расчеты, двигая рукой пациента - автоматическое письмо - и он делал вещи, которые пациент явно делать не мог. Но почему он мог это? Мы искусственно отделили аналайзер от аберрированного пациента, сделав новый обходной контур, который обходил все аберрированные контуры. Это было бы чудесным решением, если бы не тот факт, что пациент вскоре стал рабом демона, и демон через какое-то время стал подбирать аберрации из обильного запаса пациента. Но это сослужило службу для испытания банков памяти.
Видимо, что-то было не так с этими банками. Все остальное было в хорошем состоянии. Банки содержали бесконечное количество данных, которые устрашали самой своей полнотой. Поэтому начались долгие, тщательные поиски чего-нибудь неправильного в банках. В амнезийном сне или под наркосинтезом банки можно было обыскать очень тщательно. В них можно было также подсматривать с помощью автоматического письма, речи и ясновидения.
Это был сумасбродный способ делать дело. Но с самого начала исследования банков памяти всплывало так много данных, что приходилось продолжать.
Здесь нет места для повествования обо всем, что было найдено в банке памяти человека, о его полноте, точности и доскональности, или о его фантастически сложной, но очень быстрой системе перекрестной подшивки. Но необходимо резюме о некоторых достижениях.
В первую очередь, банки содержат полную цветную видеозапись всей жизни человека, невзирая на демонские контуры. Последние закупоривают или искажают. "Плохая" память означает зашторенную память, при условии, что память цела. Любое ощущение, полученное на протяжении всей жизни, должно обнаруживаться в банке. Все ощущения. В хорошем порядке.
Воспоминания подшиваются по времени. Они имеют метку возраста, эмоциональную метку, метку физического состояния, а также точную и исчерпывающую запись всего воспринятого путем органических ощущений, запаха, вкуса, осязания, слухового и зрительного восприятия плюс цепочку мыслей аналайзера в этот момент.
В банках нет неточностей. Конечно, неточности могут быть вызваны хирургией или повреждениями, повлекшими фактическое удаление частей. Электрический шок и другие психиатрические усилия вызывают сомнение. Префронтальная лоботомия - это настолько однозначное и полное убийство ума, что нельзя с уверенностью ожидать от пациента чего-либо, кроме зомбиизма.
В любом случае, банки памяти так фантастически полны и в таком хорошем состоянии позади обходных цепей у любого человека при отсутствии органического вмешательства, что я почти что просидел штаны, пытаясь постичь это. Отлично, что-то было между банками и аналайзером. Должно было быть. Банки были полны. Контуры были нетронуты. У любого органически здорового пациента - включая сюда пациентов с психосоматическими болезнями - исходная личность явно была нетронута. Банки были нетронуты. Но банки и аналайзер каким-то образом не стыковались.
Хорошо, посмотрим с другой стороны. Это инженерная проблема. До сих пор она прекрасно поддавалась инженерной мысли и расчетам. Очевидно, она должна продолжать поддаваться. Однако посмотрим на Фрейда. Возьмем его сенсор. Посмотрим, есть ли сенсор между банками и аналайзером.
Это рассыпалось максимум за две секунды. Сенсор - это смесь обходных контуров, и он почти также естествен и необходим человеческому существу, как пятое колесо для мотоцикла. Нет никакого сенсора. Поделом мне за попытку опереться на авторитет. На языке авторитетов, если Вы можете написать что-то без грамматических ошибок, то это верно. На языке инженерной науки, если нечто нельзя обнаружить и измерить некоторым образом, вероятно, этого нет.
Я перепроверил банки памяти. Как я извлекал данные? Для некоторых я использовал автоматическое письмо, для других обходные контуры, для третьих прямую регрессию и ревивификацию по традиционным индусским принципам. Я приступил к попыткам классифицировать, какие данные я получал каждым из способов рикола. Вдруг проблема рассыпалась напрочь. Путем автоматического письма я получал данные, недоступные для аналайзера. Обходным путем я получал данные, недоступные другими способами. Путем регрессии и ревивификации можно было добыть материал немногим лучше, чем мог воскресить в памяти пациент в трансе. Информация, которую я мог проверить, оказалась неизменно точной при любом из этих методов. В чем была разница между данными автоматического письма и данными обычного транса?
Я взял автоматические данные пациента и регрессией возвратил его в этот период. Он не мог произвести их рикол. Данные касались сломанной ноги и больницы. Я затолкал его в инцидент грубой силой.
Пациент получил очень острую боль в области старого перелома.
Это было далеко от гипноанализа. Это было стремлением найти то, что было вставлено между банками памяти и аналайзером, а не стремлением облегчить "травмирующие переживания".
И ответ был. Почему нет? Очень простой. Он лежал здесь на виду с 1938 года. Ох, эти шестифутовые зеркала заднего обзора! Я даже придумал закон по этому поводу.
В функции мозга входило избегание боли. Боль - это невыживание. Избегайте ее.
Вот он - путь к нажатой семерке! Вы можете удерживать ее физической болью! Внешний мир входит в человека и становится банком памяти. Аналайзер использует банк памяти. Аналайзер использует внешний мир. Аналайзер пойман между вчерашним внешним миром, ставшим внутренним, и сегодняшним и завтрашним внешним миром, по-прежнему внешним.
Может ли быть так, что аналайзер получает свои данные через один воспринимающий контур? Может ли быть так, что этот воспринимающий контур несет как вчерашние данные, так и сегодняшние? Что же, как бы там ни было, аналайзер реагирует на вчерашний внутренний мир также, как он реагирует на сегодняшний внешний мир, в том, что касается избегания боли. Закон работает в обоих направлениях.
Аналайзер избегает вчерашнюю боль также, как и сегодняшнюю боль. Что же, это разумно. Если Вы избегаете вчерашнюю боль в сегодняшней окружающей обстановке, у Вас гораздо лучший шанс выжить. Фактически - но, смотрите, здесь есть еще кое-что. Если бы аналайзер ясно видел вчерашнюю боль, он мог бы лучше избегать ее сегодня. Это было бы хорошим функционированием.
Это был "брак" в машине. Но это был крайне необходимый "брак". То, что организм построен для выживания, создан для выживания и намерен выжить, не значит, что он должен, как само собой разумеющееся, быть безупречным.
Но аналайзер был безупречен.
Банки были безупречны.
Аналайзер просто никогда не допустил бы вовнутрь иррациональность внешнего мира, пока он мог избежать этого.
Пока он мог избежать этого!
Теперь я нащупывал главного злодея повествования. Он был найден не сразу. Было сделано много экспериментов. Делались попытки сделать некоторым пациентам лучше, просто проламываясь через стену боли, которую аналайзер "пытался избежать". Было взломано множество болезненных инцидентов, полных душевных и физических мучений, без большого облегчения. Пациенты снова заболевали.
Затем было обнаружено, что если пациента проталкивали через период, когда он был "без сознания", он демонстрировал некоторое улучшение. Затем было обнаружено, что эти "бессознательные" периоды довольно похожи на периоды гипноза, внедренные в сознание болью. Пациент реагировал так, как будто "бессознательный период" был постгипнотическим внушением!
Из ряда экспериментов было понято первичное данное. Вы освобождаете боль и "бессознательность", и сила внушения уходит. Пациенту не требовалось никакого мамбо-юмбо вроде гипноза в этом "бессознательном периоде". Но любое воспринятое ощущение имело тенденцию его аберрировать.
До сих пор я не осознавал, что я играл в салки с ранее недооцениваемой промежуточной ступенью эволюции человека. Если он когда-то был головастиком, он не потерял ни одной из тех частей, через которые он эволюционировал. Как думает рыба?
Что же, давайте посмотрим, как рыба реагирует на боль. Она плывет в солоноватой желтой воде над зеленым дном, с креветкой во рту. Большая рыба кусает ее, но не насмерть. В другой день наша рыба возвращается. На этот раз она заплывает в область с солоноватой водой и черным дном. Она начинает немного нервничать. Затем вода становится желтой. Рыба уже очень тревожится. Она плывет вдоль берега и попадает туда, где зеленое дно. Затем она пробует креветку и внезапно с огромной скоростью уплывает прочь.
Ну, а что, если у человека все еще есть реакции низших организмов? Что же, по экспериментам похоже, что есть. Дайте ему эфир и причините ему боль. Затем подуйте на него эфиром, и он начинает нервничать. Начните выводить его из себя, и он станет драться. Другие эксперименты приводили к тому же заключению.
Низшие организмы могут быть точно и предсказуемо предопределены в своих реакциях. Собаки Павлова. Любая собака, которую Вы когда-либо обучали. У собаки тоже может быть что-то от аналайзера, но это кнопочное животное. Так же и человек. О, да, так же и человек. Вы же знаете, совсем как у крыс.
Только человек не таков! Человек имеет широкую свободу выбора. Вмешайтесь в эту широкую свободу, и грядут неприятности. Сделайте его достаточно аберрированным, и он станет непредсказуем, реагируя на нажатие кнопок. Вырежьте его мозг ножом - и его можно будет обучить говорить гав-гав за еду. Но, ей-богу, Вам нужно вырезать как следует, чтобы получить хорошее, удовлетворительное, стопроцентное гав-гав.
Что происходит, когда человек оказывается "без сознания"? Его "здесь нет". Но в памяти есть все записи в течение этого периода. Что происходит, когда Вы лишаете его сознания наполовину? Он делает странные вещи, как автомат. Что происходит, когда его аналайзер настолько аберрирован, что ... эй! Подождите! Как бы Вы построили хороший, чувствительный аналайзер? Вы бы оставили его подсоединенным при любом шоке? Ну, нет! Вы бы предохранили его так, чтобы остался жив и мог снова думать. В критическом положении, какую бы реакцию Вы хотели? Автоматическую!
Горячая плита, рука на плите, отдернуть руку. Вы делаете расчеты по этому поводу? Конечно, нет. Что отдергивает руку? Аналайзер? Нет. Что произошло с аналайзером на мгновение во время шока? Аналайзер отключается от контура и целиком оставляет у власти механически действующего командира! Хорошего, быстрого, мыслящего тождествами командира.
Аналайзер не мыслит тождествами. Он мыслит категориями различия, сходства. Когда он теряет свою способность различать и думает тождествами - нет, он никогда так не делает. Это безумие, а аналайзер никогда не сходит с ума. Но что-то здесь думает тождествами. Начните работать с пациентом, и Вы обнаружите, что хэш равняется снегу, равняется боли в колене - это мышление тождествами.
Здесь мы не знаем, что в действительности происходит с этим аналайзером. Но мы знаем, что мы нашли нечто, что вклинивается между банками и компьютером. Что-то, что мыслит тождествами, имеет высший приоритет над рассудком в моменты стресса и может быть найдено, когда бы человек не был послан в некоторые из прошлых моментов бессознательности.
Теперь мы знаем, что оно делает. Оно забирает управление, когда аналайзер отключен от цепи. Тот ли это устаревший мозг, который человек не сбросил, двигаясь к чувствительности с развитием аналайзера, или нет, не относится к делу. То ли это структурное образование - соединение "периодов бессознательности", нас здесь также не касается. Мы работаем над функциями, и мы хотим иметь ответы, которые работают каждый раз.

ГЛАВНЫЙ ЗЛОДЕЙ ПОВЕСТВОВАНИЯ
Назовите его реактивный ум. Это ум, который сконструирован для работы в моменты огромной физической боли. Он груб. Он работает на всем пути до самого низа и в миллиметре от смерти. Может быть, почти невозможно построить высокочувствительный ум, который действовал бы в ужасных условиях агонии, в которых, как мы видим, работает реактивный ум. Возможно, реактивный ум ... ну, это структура. Здесь он выступает как функция.
Реактивный ум думает тождествами. Это раздражительно-ответный ум. Его действия определяются извне. У него нет свободы выбора. Он предлагает данные физической боли во время моментов физической боли в стремлении спасти организм. Пока его указам и командам подчиняются, он удерживает физическую боль. Как только организм начинает идти наперекор его командам, он причиняет боль.
Рыба, если бы ей не удалось уплыть из опасного района, где на нее раньше напали, была бы принуждена грубым механизмом боли, входящей в рестимуляцию. Не уплыть равняется боли в боку. Уплыть равняется тому, что все в порядке.
Аналайзер пережигает свои предохранители, как сделала бы любая хорошая машина, когда перегрузка грозит разрушить ее точный механизм. Это выживание. Реактивный ум вступает в действие, когда аналайзер отключен. Это выживание.
Но что-то было неправильно. Это была довольно хорошая схема вещей. Но она работала не всегда.
Или она работала слишком хорошо.
Так были открыты реактивный банк и его полное содержимое, инграммы и их локи. Инграмма - это энергетическая картинка. Она делается в течение периода физической боли, когда аналайзер отключен от цепи, и организм испытывает нечто, что ему представляется или является неблагоприятным для выживания. Инграмма бывает получена только в отсутствие аналитической силы.
Когда аналайзер отключен от цепи, данные высокого приоритета могут поступать, без оценки аналайзера, в банк памяти. Там они становятся частью аварийного банка. Это чрезвычайный банк, реактивный ум, состоящий из высокоприоритетных, опасных ситуаций, которые пережил организм. Для реактивного ума этот банк - единственный источник информации. Реактивный ум думает тождествами посредством этого чрезвычайного банка. Пока аналайзер полностью в цепи, чрезвычайный банк лишен силы. Когда аналайзер частично отключен от цепи - как при усталости, опьянении или болезни - часть этого банка может включиться.
Давайте начнем называть "бессознательность" новым словом: аналаб. Аналитическое ослабление. Бывает больший или меньший аналаб. Человек подвергается воздействию эфира. Он становится аналаблен (аналитически ослаблен). Его бьют в челюсть и он аналаблен.
Итак, что содержит инграмма? Клинические исследования этого объекта интереса показывают, что инграмма состоит из аналаба, времени, физического возраста, эмоции, физической боли и всех ощущений в порядке следования. Слова, виды, запахи - все, что там было.
Тут нам пришлось организовать новую поднауку, чтобы должным образом размышлять об инграммах. Это наука об ощущениях. Знаете эту общую семантику? Вот, та же организация, только мы включаем все ощущения и показываем, откуда берется значение каждого ощущения и почему человек не может не отождествлять с легкостью и апломбом, пока он имеет инграммы.
Автоматическое письмо, которое я получал, шло прямо из инграмм. Оно и обходные цепи раскрывали данные, полученные во время аналаба - инграммы. А затем я открыл, что у этих инграмм была особая способность. Они могли создавать свои собственные контуры, паразитно используя контуры хозяина.
Вот как может быть создана инграмма: Мэри, двух лет, введена в бессознательность собакой. Собака кусает. Содержимое инграммы: аналаб; возраст два года (физическая структура); запах окружающей обстановки и собаки; вид собаки, раскрытая пасть и белые зубы; органическое ощущение боли в затылке (ударилась о тротуар); боль в ягодицах, укус собаки в щеку; осязательное ощущение собачьей шерсти, асфальта (локти на тротуаре), горячего дыхания собаки; эмоция; физическая боль плюс эндокринная реакция; звуки рычания собаки и проходящей мимо машины.
Что Мэри делает с инграммой: она не "помнит" инцидент, но иногда играет в собаку, прыгая на людей и кусая их. Других реакций нет. Затем, в возрасте десяти лет - похожие обстоятельства, без большого аналаба - инграмма рестимулирована. После этого у нее болит голова, когда лают собаки или когда звук проезжающей машины похож на ту машину, но она реагирует на инграмму только когда она устала или как-то иначе обеспокоена. Сначала инграмма была спящей - данные лежали на всякий случай. Затем она была включена - вещь, которой нам приходится остерегаться. В дальнейшем она бывала рестимулирована, когда бы не появлялась любая комбинация ее ощущений, в то время как Мэри была в небольшом аналабе (усталая). В возрасте сорока лет она реагировала в точности таким же образом, и по-прежнему не имела ни малейшего сознательного понимания действительной причины!
Теперь давайте подумаем, что бы случилось, если бы мама Мэри закричала что-нибудь действительно стоящее: "Не бойся! Не бойся! О, дорогая моя, вот так всегда. Уйди! Уйди!". Нечто, что мама припрятала в качестве вещей, которые подобает говорить и делать, когда собаки кусают дочерей.
Здесь у нас есть то, что равносильно гипнотическому внушению: мышление тождествами (эквивалентами). Все ощущения равняются всем словам, равняются собаке, равняются маме, равняются уйди, и так далее, и так далее, и так далее, и каждое равняется всем и любой части каждого. Неудивительно, что никто не мог просчитать сумасшедшего! Это роскошная иррациональность. Фактически, это просчитывание тождественного мышления не имеет смысла. Но это данные выживания, и им лучше подчиняться, или щека будет болеть, голова будет болеть и на локтях будет постоянный "дерматит."
Но вспомните, что эта инграмма также имела, как ярлык, аналаб, точную степень аналаба, бывшего в тот момент. Аналайзер - отличное устройство, но это тоже, очевидно, физический орган, возможно, префронтальные доли, и органические ощущения включают несколько вещей. Рестимуляция вызывает такое положение дел:
"Аналайзер отключен."
"Питание к реактивному уму. Чрезвычайная собака в поле зрения. Отключить аналайзер. Это приоритетная ситуация. Это все."
Степень аналаба в факсимиле очень далека от исходной. Но ее достаточно, чтобы вызвать состояние ослабленного анализа, как следствие - меньшее здравомыслие. Столько раз у человека просто бывает чувство скуки, дурацкой умственной неразберихи, нечто вроде тупого, беспричинного и неопределенного эмоционального состояния, когда мысль, похоже, останавливается в оцепенении. У Вас было такое! Таким образом, у нас есть ситуация, которая начинает приближаться к определению путем нажатия кнопок. Инграмма, которая была включена, может, когда человек слегка аналаблен - усталый, больной или сонный - быть нажата как кнопка. Используйте по отношению к слегка аналабленному человеку ключевое слово, которое содержится в одной из его инграмм, и можно будет наблюдать одну из реакций этой инграммы. Нажмите кнопку достаточно основательно, и можно вызвать полную драматизацию - он снова сыграет роль из первоначальной ситуации!
Таков чрезвычайный банк "памяти" реактивного ума. Открытие этого банка - одно из нескольких оригинальных открытий Дианетики. Многие части Дианетики можно найти, если они неверно оценены, в старых школах философии или в современной практике, но остается несколько новых граней, не поддававшихся искусству прошлого. Этот чрезвычайный банк - весьма особая штука, и он полностью отличается по своему строению, содержимому и контурам от аналитических банков - сознательных банков, содержащих данные, которые можно "вспомнить".
Причину, по которой этот банк никогда не обнаруживался раньше, нетрудно найти. Содержимое чрезвычайного банка было внедрено, когда аналайзер был отключен от сети - бессознателен. Тогда, они расположены на много слоев ниже сознательной осведомленности, в одеревенении физической бессознательности. Когда кто-то пытался добраться до них с помощью гипнотизма или наркосинтеза, он оказывался лицом к лицу с пациентом, который просто выглядел бессознательным, который не реагировал ни на что. Поскольку наркосинтез и гипнотизм оба имеют привкус сна, более глубокий сон совокупного целого, составленного из всех отключений прошлой жизни, делал пациента полностью нечувствительным, даже когда он был прямо на вершине реактивного банка. Так этот банк оставался скрытым и неизвестным. И это печально, поскольку пока человек не знает об этом банке, вся проблема несовершенства человека, его безумия, его войн, его несчастья, может идти по миру или попасть в списки шамана или нейрохирурга. Говоря гораздо шире, можно сказать, что скрытый характер этого банка несет ответственность за иррациональное поведение в части всего человечества. А скольких жизней это стоило за последние четыре тысячи лет?
Это банк весьма особого типа. Это единственный банк в уме человека, любое содержимое которого можно истощить. Все его содержимое - это боль и бессознательность. А из ума можно удалить только физическую боль. Ну, разве Вы не скажете, что это банк особого типа? Вот он тут, с бункерами, полными высокоприоритетных, но ложных данных выживания. Вот он, полный переживаний, которые, из-за способа их подшивки, могут привести человека к самоубийству или другому безумию. Вот он, со своей памятью, которая готова встроиться в управление движением тела, готова, без всякого с-вашего-позволения от ощущающего аналайзера, заставить человека бежать в безумии, пока он не упадет от отказа сердца. Вот он, способный превратить совершенное строение тела в кошмар с лицом зародыша и зачахнувшими или неразвитыми конечностями. Вот он, готовый произвести все, что Вы можете обозначить в качестве физической болезни, возможно, даже рак, или по меньшей мере предрасположить к ним. Вот он, заполняющий госпитали, заведения для душевнобольных и тюрьмы. И все же это единственная часть человеческой памяти, которую можно модифицировать и изменить.
Чего стоят некоторые из старых философий, когда единственная сокращаемая память - это та, что содержит боль?
Испробуйте любую технику, которую Вы сможете назвать, на приятном или просто случайном воспоминании в одном из сознательных банков. Оно останется в точности там, где оно есть, несмываемое, особенно то, что приятно. Но "воспоминание" в чрезвычайном банке, когда к нему должным образом приблизятся посредством техники Дианетики, полностью исчезнет из этого банка. Оно подшивается как память в банках сознательного уровня, и в таком качестве, между прочим, ее фантастически трудно отыскать - нечто вроде того, что Вы ели на обед 2 июня, когда Вам было два года - и когда оно найдено, несет ярлычок "найдено как данные невыживания, не допускать это и подобные данные в любые фундаментальные расчеты". А некоторые из этих бессознательных воспоминаний после обработки вызывают примерно такую же эмоциональную реакцию, как умеренно смешная шутка.
Чрезвычайный банк мог вызывать установку контуров, которые выглядели и звучали как демоны. Он мог закупоривать сознательный банк частично или так полно, что казалось, что прошлого не было. Он мог командовать и приказывать человеку, наподобие того, как идиот мог бы управлять роботом. И все же он подвержен разрушению. Можно снизить его интенсивность и переподшить, с последующим огромным увеличением шансов человека на выживание. Все его содержимое против выживания. Когда оно уходит, выживание наглядно улучшается - и это означает то, что здесь говорится, и этот факт может быть доказан в клинической лаборатории с помощью эксперимента вроде "Это вода?"
Приятные воспоминания можно атаковать с помощью разнообразных техник. Но они непоколебимы. Они не сдвинутся с места. Переподшейте реактивную память, и вся сознательная жизнь человека возникает в поле зрения, ясная и сверкающая, не измененная обходными цепями, которые являются безумием. Сократите реактивный банк, и оптимальный ум человека показывается на глаза. Реактивный банк не был ни энергией, ни личностью индивидуума - они свойственны ему и несмываемы.
И происходит еще одна вещь. Обходные контуры и реактивный банк, очевидно, стоят лишь между сознательными банками и аналайзером. Они не стоят, к примеру, между ухом и файлом соника в сознательном банке, между глазом и файлом видео, и так далее. Это по праву очень важное открытие, поскольку оно означает, что аберрация, например, о неспособности слышать, не препятствовала подшивке всех надлежащих звуков, о неспособности видеть в цвете - не препятствовала подшивке всех цветов. Уберите реактивный контур, который явно препятствовал наблюдениям, и аналайзер обнаруживает в своем распоряжении целые банки материала, о котором он никогда не думал, что он есть, все с надлежащим звуком и цветом, и пр.
К примеру, человека, который полагает, что весь мир противен и корыстен, проводят через терапию. Аберрация, которая заставляла мир казаться противным и корыстным, свертывается, когда инграмма или инграммы с таким эффектом делаются менее интенсивными и переподшиваются. Обходные цепи, установку которых вызвали эти инграммы, не препятствовали тому, чтобы производилась полная, правильная запись через все каналы чувств. Поэтому, когда аналайзеру позволено открыть папки, человек обнаруживает, что у него есть неисчислимые приятные переживания, которые, когда они случались, казались ему противными и корыстными, но которые теперь великолепны.
Это постулирует другое обстоятельство, интересное, но не являющееся жизненно важным для Дианетики. Стандартные банки памяти ума, очевидно, не заполняются воспоминаниями, которые являются существами, способными определять человека волей-неволей. Они не рестимулируются автоматически восприятием чего-либо, что намекает на их присутствие в окружающей обстановке. Они вовсе не вставляются в контур на постоянной основе. Они заполняются выводами, и аналайзер может брать старые выводы или создавать новые, которые изменяют старые. Другими словами, стандартный банк находится под командованием аналайзера и человека; человек не находится под командованием стандартных банков.
Короче, нет такой вещи, как обусловливание. Обусловливание верно для крыс, собак и кошек. Они работают на банке реактивного типа. Следовательно, то, на что мы обыкновенно ссылаемся, как на обусловливание, на самом деле инграммная команда, заложенная в определенный момент. Это легко поддается клиническому доказательству. Обусловливание в течение всей жизни человека, который, допустим, ест с ножа, рассыпается в тот момент, когда требующая этого инграммная команда теряет свою интенсивность.
Это не теория, а действительность: обусловливание человека в отсутствие инграмм не существует и не может существовать. Обусловливание может быть устранено и останется устраненным. Тогда есть две работающие вещи: реактивный ум командует определенные действия, и их можно изменить снижением интенсивности инграмм. Аналайзер может составить и вмонтировать определенные автоматические реакции для различных механических ситуаций и действий. Назовите требование реактивного ума привычкой; назовите аналитическое требование тренировочным шаблоном. Существуют привычки: их можно устранить. Существуют тренировочные шаблоны: их можно изменить только с согласия аналайзера, то есть, человека. Практически все выживательные шаблоны, которые ведут к выживанию, заложены на аналитическом уровне. Реакции, которым люди поддаются, которые против выживания, закладываются на реактивном уровне.
Обусловливание, следовательно - это еще один термин, который можно отбросить. Аналайзер, работающий без препятствий со стороны инграмм, может по желанию закладывать или убирать тренировочные шаблоны. Реактивный ум может закладывать команды, которые создают привычки, только когда внешний мир внедряет такие команды в отсутствие полной аналитической силы. Дианетика может разрушить привычки, просто путем переживания заново инграмм, которые это командуют. Дианетика может изменить тренировочный шаблон только при согласии на это человека.
Эти открытия были дополнительным доказательством того, что человек - это самоопределяющийся индивидуум. Дальнейшее исследование привело к другой находке: что хотя реактивный банк - это внешнее определение, это определение является переменной величиной для индивидуума. Другими словами, определение, заложенное болью, имело переменный эффект. Одна и та же инграмма, введенная в троих различных людей, могла вызвать три различные реакции. Человек - это настолько целиком самоопределяющийся организм, что у него есть переменные реакции на все попытки определения. Исследования принесли тот факт, что он может осуществлять свободу выбора по отношению к реактивному банку, даже если и ограниченным образом. У него есть пять способов обращения с инграммой: он может атаковать ее и ее двойника во внешнем мире; он может сбежать от нее и ее двойника; он может уклониться от нее и ее двойника; он может пренебречь ей и ее двойником; или он может сдаться ей. Он самоопределен до какой-то степени в пределах этой группы реакций. И это реакции на любую опасную, контрвыживательную проблему.
Эти реакции, кстати, известны как "механизм черной пантеры" в Дианетической манере выражаться. Представьте, что на лестнице сидит черная пантера. Есть пять способов справиться с этой ситуацией для человека, который сидит в гостиной и желает подняться наверх. Он может атаковать пантеру; он может сбежать от нее; он может уклониться от нее, выйдя наружу и поднявшись по балконной решетке - или выманить пантеру наружу как другой способ уклонения; он может просто отказаться признать, что это черная пантера и попытаться несмотря ни на что пройти наверх; или он может просто лежать неподвижно, парализованный страхом и надеяться, что черная пантера либо тихо съест его без чрезмерных мучений, либо просто уйдет из антипатии к трупам. (Паралич страха, отрицание опасности.)
Аналайзер не обращается с памятью сознательного уровня - стандартным банком - таким образом. Аналайзер оценивает настоящее и будущее с точки зрения опыта и образования прошлого плюс воображение. Стандартный банк используется для расчетов, а не для эмоциональной реакции, вины, самоуничижения и так далее. Единственные данные, имеющие силу - это данные стандартного банка, и в своих поисках успеха, счастья, удовольствия или любого желанного результата или просто в искусстве размышления, аналайзеру нужны заслуживающие доверия информация и наблюдения. Он использует память, выводы, сделанные из опыта и выводы, сделанные из своих выводов, и рассчитывает различными способами для получения верных ответов. Он избегает ложного данного, как проклятия, как только он узнает, что оно ложное. И он постоянно переоценивает файлы памяти, чтобы преобразовать выводы. Чем больше у него опыта, тем лучше его ответы. Плохие переживания - это прекрасные данные для вычислений, поскольку они вводят уровень необходимости. Но аналайзер не может просчитать реактивные данные, "бессознательные воспоминания", которых он не может достичь и о которых даже не знает.
Таким образом, эти реактивные "воспоминания" вовсе не являются воспоминаниями в том смысле, в каком мы понимаем память. Они являются чем-то еще. Никогда не имелось в виду, что осуществляется их рикол на аналитическом уровне или они анализируются каким-либо образом. Аналайзер, пытаясь обойти этот чрезвычайный банк, устанавливает некие контуры, воспроизвести которые затруднится даже Руби Голдберг. Аналайзер пытается достичь надлежащих банков сознательного уровня. Если он не может, он не может просчитывать верные ответы. Если аналайзер продолжает получать странный, похоже, не имеющий источника материал, который, тем не менее, содержит боль, вынуждающую его принять, этот аналайзер может получать весьма неверные ответы. И строение тела может испортиться. И мотивы портятся. И кто-нибудь изобретает фразы вроде "Человеку свойственно ошибаться".
Нет, реактивные "воспоминания" - это не воспоминания. Поэтому мы назовем их хорошим медицинским термином, инграммы - длительный отпечаток - и ограничим определение, ограничив слово "длительный". Без сомнения, они достаточно продолжались до Дианетики.
Инграмма бывает получена, мы можем сделать постулат, на клеточном уровне. Инграмма - это клеточная память, она делается клетками и хранится в клетках. Мы не пойдем с этим дальше, поскольку в настоящее время мы хотим оставаться вдали от проблем структуры. Но мы можем доказать ко всеобщему удовлетворению, что банк реактивного ума явно внутри самих клеток, а не часть банков ума человека, которые, как мы предполагаем, составлены из нервных клеток. Инграммы находятся в клетках любого типа во всем конгломерате. Их существование ни в коей мере не зависит от нервной структуры. Они используют и угнетают нервную структуру, насколько нам это известно. Таким образом, мы не говорим о памяти, когда мы говорим об инграммах. Мы говорим о клеточных записях по типу фотографических записей, записей запаха, записей органических ощущений, которые все очень точные. И когда мы говорим реактивный ум, мы говорим не о специальной части тела, но о составном, клеточного уровня, идиотском методе запоминать и рассчитывать. Однажды кто-нибудь может вырезать кусок мозга и воскликнуть: "Эврика, вот реактивный ум!" Возможно. Но оставаясь с нашими функциональными расчетами, мы можем хорошо проводить время и получать работающие результаты. Поэтому нам не нужно знать местонахождение реактивного ума. И нам не нужно ничего знать о точной структуре его банков. Все, что мы хотим знать, это что они делают.
Реактивная инграмма входит внутрь вместе с болью, когда аналитический ум более или менее отключен от цепи. Инграмма не записывается в банках сознательного уровня. Она входит внутрь на клеточном уровне, как если бы клетки, которые составляют тело, внезапно осознав, что организм в явной опасности гибели, хватали информацию в стремлении спастись, в порядке разрозненных усилий "каждый за себя". Но данные, которые они получают, не беспорядочны. Они как нельзя более ужасающе точны, как нельзя более пугающе буквальны. Боб означает "боб" всеми способами, которыми то, что звучит "боб", может означать "боб".
Однажды полученная, эта инграмма может лежать спящей, неактивной. Нужно отдаленно похожее переживание на сознательном уровне, чтобы возбудить эту инграмму. Этот момент включения, очевидно, переподшивает инграмму внутри чрезвычайных банков и дает ей выражение. Слова в инграмме получают значение. Ощущения встраиваются в органы чувств. Теперь инграмма на месте. После этого она может быть очень легко рестимулирована. У клеток теперь есть возможность править с заднего сиденья.
Под инграммой мы понимаем, единственно, фактическое впечатление - подобно отпечатку на воске - произведенное "бессознательным" опытом на тело.
Что же, это все открытия. После того, как они были однажды сделаны, необходимо было найти, как их можно применить.

РАЗВИТИЕ ТЕХНИКИ
Человек, как мы сделали постулат - и это несомненно работает - подчиняется основной команде, Выживай! Это движущая команда. Она требует действия. Для рассмотрения вопроса подчинения этой команде потребовались бесчисленные расчеты. Выживай. Ну, первый ответ, и слишком очевидный, в том, что человек выживает как отдельный организм. Очень тщательный расчет по этому поводу - около двухсот тысяч слов - открыл тот факт, что хотя все во вселенной можно было объяснить - несколькими ловкими поворотами логики - с точки зрения личного выживания, это было неудобно в использовании и не работало. Мы хотим, чтобы вещи работали. Это инженерная наука, а не праздное изучение. У нас есть определенная цель. Так, давайте посмотрим, существует ли человек целиком ради человека.
Все причины для выживания организма могут быть сведены к этому единственному стремлению, выживанию современного человечества. Вся причина того, что отдельный организм выживает, это чтобы дать выжить всему человечеству. Но это не работает хорошо.
Затем, давайте возьмем группу, в которую мы поместим симбиотов. Давайте сделаем постулат, что отдельный организм выживает целиком ради группы. Опять можно проделать расчеты, которые объяснят все, сведя к группе. Группа - это единственная причина, говорит расчет. Это неудобно в использовании, но здесь нет ничего неверного.
Хорошо, давайте попробуем свести все к сексу. И по-прежнему это можно рассчитать безупречно, разве что это немного неудобно. Причина, по которой человек выживает как целое - чтобы наслаждаться сексом и создавать потомство. Но это требует огромного числа тяжелых, громоздких манипуляций логикой, что никому не понравится.
При исследовании ума - подходя к объекту изучения и действительно рассматривая его вместо многословных споров о нем и цитирования авторитетов - было обнаружено, что явное равновесие существовало тогда, когда все четыре побуждения были сравнительно в силе. Каждое рассчитывалось достаточно хорошо, но, взятые как четырехсоставная цель, они уравновешивались. Расчет становится очень простым. Поведение начинает выглядеть хорошо. Используя все четыре, мы можем предсказывать.
Теперь идет доказательство. Можем мы это использовать? Это работает? Работает. Инграммы лежат поперек этих побуждений. У них есть своя собственная энергия, у этих инграмм, перегрузка обратной полярности, которая подавляет побуждение, на котором она лежит. Это очень схематично, но это просчитывается, и мы можем использовать это в терапии. Бессознательный период, содержащий физическую боль и воображаемую или действительную враждебность выживанию, рассеивает, блокирует или задерживает поток побуждающей силы. Начните накладывать эти препятствия на побуждение, и оно начнет заметно угнетаться.
Теперь идет арифметика. Есть хорошая причина использовать число четыре. Есть четыре побуждения. Есть четыре уровня физического тона. Если совокупную движущую силу человека принять за четыре, и он рестимулирован - остро или хронически , любым образом - сила реактивного ума достаточно велика, чтобы понизить совокупную движущую силу ниже двух, человек безумен. Ввиду того факта, что инграмма может быть в настоящее время рестимулирована, уменьшая эту силу ниже двух, в результате появляется состояние временного сумасшествия.
Инграмма может состоять из того, что отец бьет мать, в то время как ребенок в аналабе. Когда эта инграмма сильно рестимулирована, ребенок, теперь взрослый, может драматизировать ее либо как отец, либо как мать, и исполнит драму целиком, слово в слово, удар в удар.
Ввиду того факта, что отец бил мать, отец, возможно, драматизировал одну из своих собственных инграмм, еще один весьма интересный фактор, который можно здесь найти. Это заразность. Инграммы заразны. Папа имеет инграмму. Он вбивает мать в аналаб. Теперь у нее есть инграмма от него слово в слово. Ребенок был в аналабе, возможно, без сознания от удара сапогом. Ребенок - часть ощущений матери в этой инграмме. Она драматизирует инграмму на ребенке. Ребенок имеет инграмму. Он драматизирует ее на другом ребенке. С достижением взрослого возраста инграмма драматизируется дальше и дальше. Заразность.
Почему общества вырождаются? Раса приходит на новое место. Новая жизнь, мало рестимуляторов - рестимулятор является эквивалентом в окружающей среде для ощущений, содержащихся в инграмме - и высокий уровень необходимости, означающий сильное побуждение. Раса преуспевает на новых землях. А затем начинается эта зараза, уже присутствующая, частично принесенная из старого окружения. И можно наблюдать понижающуюся спираль.
Наличие инграммы делает человека слегка аналабленным. Будучи слегка аналабленным, он легче получает новые инграммы. Инграммы несут физическую боль - психосоматику - которая понижает общий тон и вызывает дальнейший аналаб. И по быстро понижающейся спирали личность приходит в упадок.
Это были расчеты, полученные путем изысканий и исследований. Теперь пришло время заставить их работать. Если бы они не работали, нам бы пришлось сделать изменения и получить новые принципы. Так вышло, что изложенное выше работает.
Но сделать так, чтобы они начали работать, было нелегким делом. Не было способа узнать, сколько инграмм может иметь пациент. В то время можно было быть жизнерадостно оптимистичным. В конце концов, это был довольно хороший расчет, кое-какое знание природы черного колдовства, и могло быть возможным получить "Клира" - оптимальное рабочее состояние аналайзера - почти у каждого пациента. Но дорога была полна камней.
Было разработано несколько техник, каждая из которых приносила облегчение, примерно такое же, как от пары тысяч часов психоанализа. Но это было недостаточно хорошо. Они могли принести лучшие результаты, чем гипноанализ, и приносили их с гораздо большей легкостью. Но это не переносило поезд через реку.
Я выяснил насчет локов. Лок - это ситуация умственного страдания. В своей силе он зависит от инграммы, к которой он присоединяется. Лок более или менее известен аналайзеру. Это момент жестокой рестимуляции инграммы. Психоанализ можно назвать изучением локов. Я обнаружил, что у любого из моих пациентов было тысячи и тысячи локов, достаточно, чтобы занять меня навечно. Убирание локов приносит облегчение. Оно даже сокрушает хронические психосоматические заболевания - иногда. Оно приносит больший результат, чем что-либо до сих пор где-либо известное, но оно не излечивает. Удаление локов не возвращает индивидууму все его умственные способности, его тональное аудио, цветное видео, обонятельные, вкусовые, органические память и воображение. И оно не особенно увеличивает его КИ. Я знал, что это было далеко от оптимального аналайзера.
Было необходимо идти дальше и дальше назад по жизни пациента, ища реальные инграммы, полный аналаб. Многие были найдены. Некоторые из найденных облегчались, когда пациента перемещали к ним назад во времени и заставляли проходить по ним снова и снова, ощущение за ощущением. Но также были инграммы, которые не облегчались, а должны бы, если первоначальный расчет был правильным. Оптимальный компьютер должен анализировать данные, с которыми он оперирует, и, как только ложное данное пришло на запрос в сферу его внимания, свойство самопроверки компьютера автоматически отклонит эту ошибку.
Тот факт, что инграммы не облегчались, беспокоил меня; или исходная идея, что мозг - это безупречный компьютер, была неверна, или - хм-м-м. В скором времени было обнаружено, что человеку нужно было иметь первый инграммный момент каждого ощущения, прежде чем пойдет более поздняя инграмма. Это было похоже на последовательность. Найдите самую раннюю боль, связанную, например, со скрипящим колесом трамвая, и более поздние трамвайные колеса, даже в тяжелых инграммах, не приносят неприятностей. Совершенный компьютер не может преодолеть замыкание цепи на уровне 256, если та же самая цепь закорочена на уровне 21; но уберите замыкание - ложное данное - там, где оно впервые появилось, и затем компьютер с готовностью найдет и исправит более поздние ошибки.
Затем начались наиупорнейшие поиски самой ранней инграммы в каждом пациенте. Это была безумная работа. Крайне таинственная.
Однажды я оказался с полной инграммой рождения на руках. Сначала я не знал, что это. Затем там был жаргон докторов. Там была головная боль, глазные капли - Здравствуйте! Люди могут вспомнить рождение, когда их как следует туда затолкать! Ага! Рождение - самая ранняя инграмма. У всех есть рождение. Мы все будем Клирами!
Ах, если бы это была правда! У каждого есть рождение. И, поверьте мне, рождение - еще то переживание, очень инграммное, очень аберрирующее. Вызывает астму, резь в глазах и изобилие соматик. Рождение - это не пикник, и ребенок иногда в ярости, иногда в апатии, но определенно записывает, определенно является человеческим существом с хорошим представлением о том, что происходит, когда он не аналаблен. И когда инграмма поднимается, он аналитически знает о ней все. (И он может драматизировать ее, как будто он доктор; или она может драматизировать ее, как будто она мать.) Но рождение - это не весь ответ. Потому что люди не стали Клирами, не перестали заикаться, не освободились от язв, не перестали быть аберрированными и не освободились от демонских цепей, когда рождение было поднято. А иногда рождение не поднималось.
Последнего мне было достаточно. Была аксиома: найдите самую раннюю инграмму. Знаете, где это закончилось? Незадолго до зачатия, для тела. К счастью, не во всех случаях. Некоторые случаи ждали четыре дня после зачатия перед тем, как получить свою первую инграмму. Эмбрион впадает в аналаб легко; очевидно, есть клеточный аналаб!
Ни одно заявление, настолько радикальное - настолько выходящее за пределы прежнего опыта - не могло быть принято с готовностью. У меня не было приложено объяснение структуры; для инженерного ответа о функции, однако, не требуется немедленного объяснения структуры. Мне была нужна одна и только одна вещь: технический процесс, посредством которого можно было бы устранить аберрации и восстановить полностью потенциальную способность ума к расчетам. Если бы этот процесс подразумевал предварительное принятие того, что клетки человека достигают осознания, вроде клеточных инграмм, уже на первый или второй день после зачатия, то для имеющихся целей это утверждение можно было, и нужно было бы, принять. Если бы было необходимо вернуться сквозь две тысячи лет генетической памяти, я бы все равно шел назад, чтобы найти первую инграмму - но, к счастью, не существует генетической памяти, такой, как эта. Но определенно есть нечто, что ум человека рассматривает как пренатальные инграммы. Их объективную реальность может оспаривать любой, кто решит это сделать; их субъективная реальность бесспорна - настолько, что процесс работает тогда, только тогда, и неизменно тогда, когда мы принимаем реальность этих пренатальных воспоминаний. Мы ищем процесс, который излечивает аберрации, а не объяснение вселенной, функции жизни или чего-нибудь еще. Следовательно мы принимаем как работающий - поскольку он работает - постулат, что пренатальные инграммы записываются уже незадолго до зачатия. Объективная реальность проверялась, насколько позволяли время и ограниченные средства. И объективная реальность пренатальных инграмм, очевидно, вполне обоснована. Любой психолог может проверить это, если он знает технику Дианетики и может найти близнецов, разделенных при рождении. Но даже если он обнаружит расхождения, остается тот простой факт, что здоровье человека не может быть восстановлено, если не признать пренатальные инграммы.
Что случается с ребенком в утробе? Самые обычные события - это несчастные случаи, болезни - и попытки аборта!
Назовите последние ПА. Откуда люди получают язвы? Обычно в утробе, ПА. Полная регистрация всех ощущений до последнего слога, материал, который полностью может быть драматизирован. Наибольшая часть доказательства в том, что поднятие инграммы подобного события может заставить язву рассосаться!
Как зародыш излечивается от всех этих повреждений? Спросите у доктора лет через двадцать - у меня руки заняты. Это структура, а все, чего я хочу сейчас - это Клир.
Что это за хронический кашель? Это Мамин кашель, который сдавил ребенка до аналаба, когда ему было пять дней после зачатия. Она сказала, что он происходит все время и причиняет боль. Так он и делал. Что такое артрит? Повреждение зародыша или эмбриона.
Так происходит, теперь это известно, что Клир может управлять всеми жидкостями в своем теле. У аберрированного реактивный ум делает эту работу. Реактивный ум говорит, что дела должны обстоять так-то и так-то, и это выживание. Так человек растит усохшую руку. Это выживание. Или у него неспособность видеть, истерическая или действительная слепота. Это выживание. Конечно, это так. Здравый, трезвый ум. У него инграмма об этом, не так ли?
Что такое ТБ? Предрасположенность респираторной системы к инфекции. Что такое это, что такое то? Сейчас Вы получили утверждение. Оно работает. Психосоматические болезни, артрит, импотенция, то и это, все может уйти, когда убраны инграммы от самого основания.
Это была суть происхождения технического процесса. С законченной стадией исследований, оставалась стадия фактического применения и сбора информации по конечному, наиважнейшему вопросу. Процесс работал - определенно и недвусмысленно работал. Но полное определение науки требует, чтобы она давала возможность точного описания того, как неизменно вызывать желаемый результат. Будет ли техника работать на умах всех типов, во всех случаях?

ПРИМЕНЕНИЕ
К началу 1950 года было протестировано более двухсот пациентов; из этих двухсот людей, было получено двести выздоровлений. Дианетика является наукой, поскольку следуя предписанным готовым техникам, которые можно точно изложить, основываясь на четко сформулированных исходных постулатах, в любом случае можно получить точно описанный результат. Предположительно, для техники, которая сейчас выработана, могут быть исключения, но я честно старался найти исключения и не нашел; вот почему я испробовал столько кейсов, многих различных типов. И некоторые из них были действительно ужасными кейсами.
Кто такой аберрированный человек? Любой, у кого есть одна или более инграмм. А раз рождение само по себе является очень инграммным переживанием - каждое рожденное человеческое существо имеет по меньшей мере одну инграмму!
Весь мир, согласно гипнотизеру, нуждается лишь в том, чтобы его загипнотизировали. Просто вложите другую инграмму, искусственную, в человека, даже если это маникальная инграмма - делает человека "большим" или "сильным" или "могущественным" плюс все другие содержащиеся ощущения - и он в порядке. Это основная неприятность - уменьшение самоопределения. Поэтому мы не используем гипнотизм. Кроме того, он не работает по большому счету. Если Вы добрались досюда, не понимая, что мы пытаемся пробудить аналайзер, Вы сделали ту же ошибку, которую я делал в течение многих месяцев. Я пытался работать с гипнозом. Что же, он работает - небрежно, кое-как. Но как Вы погрузите в сон человека, который уже спит на три четверти - нормальное состояние, насколько мне удалось обнаружить - это проблема, для которой я хотел бы иметь возможность решения. Но, к счастью, она не нуждается в решении.
Аналайзер засыпал с каждой инграммой. У каждой инграммы были локи - похожие на нее, тоже инграммы, только следующие за ней. И каждая цепь инграмм - одного рода, люди имеют около пятнадцати или двадцати цепей, в среднем из десяти или пятнадцати инграмм в цепи - имеет около тысячи локов. Есть неудачливые люди, у которых сотни инграмм. Они могут быть здоровы. Есть люди, у которых двадцать инграмм, и они безумны. Есть люди, которые здоровы на протяжении лет, и внезапно попадают прямо в нужное окружение, становятся рестимулированы и сходят с ума. И любой, у которого есть инграмма, которая была полностью рестимулирована, был безумен - глас народа - по меньшей мере однажды, даже если только на десять минут.
Когда мы начинаем лечить человека - мы лечим частично спящий аналайзер - и проблема в том, чтобы разбудить его в первой инграмме и затем стереть - верно, стереть, они пропадают из реактивного банка при пересказе снова и снова со всеми ощущениями - все последующие инграммы. Локи улетучиваются без того, чтобы до них дотрагиваться, доктрина верного данного работает полным ходом и аналайзер отказывается терпеть то, что, как он замечает, является чепухой. В то время, как он восстанавливает умственные функции настолько, чтобы проделать небольшой путь в прошлое, мы начинаем получать облегчение. Затем мы наконец находим интригу реактивного ума - почему он должен был продолжать быть аберрированным - и мы задуваем демонов - нарушая контуры - и внезапно мы у бейсик-бейсика, первой инграммы. Затем мы идем вперед, пересказывая каждую инграмму снова и снова , пока она не улетучивается и не переподшивается как опыт, в противоположность команде.
У клира есть рикол при возвращении. Исходная личность, у аберрированного, недостаточно сильна, чтобы вернуться, поэтому мы используем то, что мы называем Дианетическим ревери.
Мы обнаружили, почему наркосинтез так небрежен. Он вводит частично рестимулированную инграмму в полную рестимуляцию, включает ее всю. Наркотик выключает соматику - физическую боль - так, что она не уходит полностью. И у нарко нет возможности вернутся так далеко, чтобы дойти до бейсик-бейсика, и то, чего он достигает, делает вид, что стирается, и затем нахлынет снова в период от шестидесяти часов до шестидесяти дней.
Есть ли особая вещь, которая задерживает кейс? Да, расчеты сочувствия. У пациента был крепкий инграммный фон, затем он сломал ногу и получил сочувствие. Впоследствии он склонен ходить с поддельно сломанной ногой - артрит, и так далее, и так далее. Их иногда трудно взломать, но их следует взломать первыми. Они заставляют пациента "хотеть быть больным." Болезнь имеет большую выживательную ценность, говорит реактивный ум. Поэтому он приспосабливает тело к тому, чтобы быть больным, хорошим и больным. Защитниками обычно являются бабушки, которые протестовали против того, чтобы с ребенком делали аборт - попытка уже сделана, ребенок внутри слушает, не зная слов в тот момент, но он узнает их позже, когда узнает свои первые слова - няни, которые очень добры, врачи, которые кричали на маму, и так далее, и так далее. У пациента обычно есть огромный заряд отчаяния вокруг потери защитника. Это задержит кейс.
Мы полностью оставили в стороне то, как это увязывается с современной психологией. В конце концов, у современной психологии есть ярлыки для многих наблюдаемых состояний. К примеру, как насчет шизофрении?
Это вэйланс. У аберрированного есть вэйлансы для каждого человека в каждой инграмме. В основном их три, он сам, мать и отец. В каждой инграмме есть драматические лица. Вэйланс строит в реактивном уме и отгораживает стеной отделение, поглощая часть аналайзера - который выключен рестимуляцией. Многовэйлансность обычна для каждого аберрированного. Вэйланс каждого аберрированного переключается изо дня в день в зависимости от того, кого он встречает. Он старается занять верховный вэйланс в каждой инграммной драматизации. Его занимание - это наивысший выживательный расчет, который может сделать реактивный ум: всегда побеждай. Сломайте драматизацию, и Вы загоните пациента в другой вэйланс. Если Вы загоните его, чтобы он был собой в этой инграмме, он, возможно, станет аналаблен или заболеет. Продолжайте ломать его драматизации, и он станет умственно искалеченным.
Кто будет практиковать Дианетику? В тяжелых случаях, врачи. Они хорошо обучены искусству исцеления, их всегда донимают психосоматическими и умственными состояниями. У врача есть, как у инженера, определенная необходимость результата. Есть несколько методов облегчения, которые могут заработать уже за несколько часов, могут помочь разрушить хроническую болезнь у ребенка, изменить вэйлансы, изменить положение человека на траке времени - люди застревают в различных местах, где команда говорит им застрять - изменить шаблон драматизации и в целом помогают больному аберрированному человеку.
Однако, в общем случае - психотическом, невротическом и просто неоптимального индивидуума - Дианетику могут, вероятно, практиковать люди с интеллектом и хорошей энергией на своих друзьях и семьях. Зная все аксиомы и механизмы, Дианетику легко применить к достаточно нормальному человеку и она сможет облегчить его закупорки, простуды, артриты и другие психосоматические болезни. Ее также можно использовать для предотвращения аберраций и даже можно применять для определения реакций других людей. Хотя основы и механизмы просты, и, при некотором изучении, применяются очень легко, частичная информация опасна. Эта техника может быть материалом, из которого делается здоровье, но человек, в конце концов, производит действия с тем самым материалом, который создает безумие, и ему следует по меньшей мере получить информацию, поучившись несколько часов, прежде чем экспериментировать.


НАДЕЖДА НА БУДУЩЕЕ
Здесь я обсудил эволюцию Дианетики. В действительности я сконцентрировался на Анормальной Дианетике. Есть Медицинская Дианетика, Динамическая Дианетика (движущие силы и структура), Политическая Дианетика, Военная Дианетика, Промышленная Дианетика, и так далее, и так далее, и не в последнюю очередь, Профилактическая Дианетика. На этом может держаться окончательное решение для общества.
А сейчас, как эпилог, Дианетика кратко изложена в ее сегодняшнем работающем виде. Она делает нижеследующие вещи, что основано на длинном ряде кейсов:
1. Дианетика - это организованная наука мысли, построенная на точных аксиомах; она явно раскрывает существование естественных законов, посредством которых можно единообразно вызвать или предсказать поведение отдельного организма и общества.
2. Дианетика предлагает терапевтическую технику, с помощью которой мы можем лечить любые и все неорганические умственные и органические психосоматические заболевания. Она вызывает в "клированном" пациенте умственную стабильность, которая далеко превосходит современную норму. (Это утверждение точно на сегодняшний день; допускается, что дальнейшая работа где-нибудь продемонстрирует какой-нибудь особенный случай, который может не реагировать полностью.)
3. В Дианетике у нас есть метод перемещения во времени, непохожий на наркосинтез или гипноз, который называется Дианетическим ревери; с его помощью пациент имеет возможность достичь событий, до того скрытых от него, стирая физическую и душевную боль из своей жизни.
4. Дианетика позволяет нам постичь потенциальные возможности ума.
5. Дианетика раскрывает исходную природу человека, его цели и намерения, делая открытие, что они по своей сути конструктивны и не злы.
6. Дианетика дает нам понимание величины событий, необходимых, чтобы сделать личность аберрированной.
7. С помощью Дианетики мы открываем природу пренатальных переживаний и их точное воздействие на индивидуума после рождения.
8. Дианетика открыла фактические аберрирующие факторы рождения.
9. Дианетика полностью проливает свет на проблему "бессознательности" и убедительно демонстрирует, что "полной бессознательности" не существует при отсутствии смерти.
10. Дианетика показывает, что все воспоминания всех типов полностью записываются и сохраняются.
11. Дианетика демонстрирует, что аберрирующие воспоминания лежат только в областях "бессознательности", и, наоборот, только "бессознательные" воспоминания способны аберрировать.
12. Дианетика открывает широкий путь для исследований и ставит множество проблем для решения. Одна из новых областей, к примеру, это поднаука об ощущениях - структура и функция восприятия и идентификации раздражителей.
13. Дианетика излагает немикробную теорию болезней, охватывающую, этого ожидали компетентные врачи, объяснение около семидесяти процентов человеческой патологии.
14. Дианетика дает надежду, что разрушение функций мозга посредством шока или хирургии больше не будет необходимым злом.
15. Дианетика предлагает работающее объяснение различных физиологических эффектов лекарств и эндокринных веществ и указывает на многочисленные решения эндокринных проблем прошлого.
16. Дианетика дает более фундаментальное объяснение использования, принципов и основ гипнотизма и подобных психических феноменов.
17. Чтобы подвести итог, Дианетика предлагает и экспериментально поддерживает новую точку зрения на человека и его поведение. Она несет с собой новый вид умственной гигиены. Она указывает новый подход к решению проблем, с которыми сталкиваются правительства, социальные службы, промышленность, и, короче, вся сфера человеческих устремлений. Она предлагает новые области для исследований. Наконец, она дает проблеск надежды, что человек будет продолжать свой процесс эволюции к высшему организму, не сбиваясь на опасный путь саморазрушения.
Это часть истории поиска. Я написал ее для Вас подобным образом, потому что у Вас есть умы, чтобы думать. Для строго профессиональных публикаций, я могу, хочу и уже оформил это в точном виде. Здесь я рассказал Вам историю как есть и я дал Вам главные результаты в точности так, как они появлялись.
Человеческие усилия освободить человека, порабощая его социальными и личными аберрациями, были неверным уравнением. Это дорога в никуда. В прошлые века - наслаивавшиеся с До египетских времен - власть этого рабства аберрации разрушалась лишь на мгновение, при открывании новых земель и появлении новых рас.
Но теперь у нас есть наука, чтобы сломать его, и технология, чтобы ее применять.
Наверху - звезды. Внизу, в арсенале - атомная бомба.
Что нас ждет дальше?
(с) При использовании информации с сайта указывайте ссылку на него.

https://vk.com/galac_patra http://timecops.net https://vk.com/timecopsorg
Одитинг и обучение - создание духовных способностей в любой точке мира через Skype: timecops
Timecops
 
Сообщений: 1881
Зарегистрирован: 25 июн 2011, 15:42

Вернуться в Книги, статьи, журналы по технологии

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 3